С тех пор как Шэнь Цяо отверг «дары» Чэнь Гуна и страшно унизил его, тот дважды посылал людей в обитель Белого дракона. В первый раз посланники вели себя учтиво и просили Шэнь Цяо пожаловать в усадьбу уездного гуна Пэнчэна. Но когда им сообщили, что этого человека больше здесь нет, они не поверили, с дозволения настоятеля обыскали все помещения и, никого не обнаружив, удалились рассерженными. Во второй раз они уже не были столь любезны: явились, как говорится, со знаменами и барабанами, держались надменно. Чэнь Гун неплохо понимал образ мыслей Шэнь Цяо и знал, что тот не любит впутывать посторонних, а потому на второй раз велел слугам взять всех причастных в заложники и доставить в усадьбу. Он рассудил так: когда Шэнь Цяо узнает о случившемся, он, несомненно, поспешит сам явиться к нему.
Однако настоятель предугадал его замысел и загодя спрятался вместе с учениками в подвале. Ворвавшись в обитель, слуги Чэнь Гуна никого не обнаружили и сразу решили, что настоятель с послушниками сбежали, искать их тут больше нечего. Волей-неволей им пришлось возвратиться к господину ни с чем.
Беда лишь в том, что один из послушников, проказник Чу И, в отличие от спокойного Ши У, никогда не мог усидеть на месте. Спустя несколько дней заточения в подвале он уже весь извелся – так ему хотелось наружу. В этом его, безусловно, можно понять: в подвале вечная темень, воздух спертый, ничего особо не поделаешь. На солнышке жить куда приятнее. К тому же в те дни в городе шла ярмарка, и Чу И страсть как хотел на нее посмотреть. Он долго умолял учителя, подлизываясь и так и сяк, чтобы тот смилостивился и выпустил его из подвала. В конце концов он насилу выклянчил разрешение, и настоятель велел мальчику идти на все четыре стороны и с возвращением не торопиться.
Но чему быть, того не миновать. Даже если бы Чу И не закричал с порога, а постарался вернуться крадучись, со всеми предосторожностями, его бы все равно приметили, ведь незваные гости были не простыми людьми, а настоящими мастерами боевых искусств, мимо которых и мышь не проскочит.
Как только один из пришлых заговорил, Шэнь Цяо изменился в лице. – Ты живешь здесь, юный монах?
– Кто вы? – пискнул Чу И.
Их разговор прекрасно разбирали сидящие в подвале, ведь его строили с расчетом, чтобы укрывшиеся внутри знали все, но при этом оставались невидимыми и неслышимыми, притом снаружи обнаружить вход было не так-то просто. Наткнувшись на это место, настоятель проделал в полу еще несколько отверстий, дабы вниз поступал свежий воздух.
«Кто он?» – одними губами спросил старик, заметив, как изменился в лице Шэнь Цяо.
Тот же ничего не ответил и вместо этого зажал себе рот. Похоже, его душил сильный кашель. Сдержав рвущийся звук, Шэнь Цяо намочил палец в воде и стремительно начертал на поверхности стола несколько фраз: «Сяо Сэ, адепт Обоюдной Радости, ученик Юань Сюсю. Меня ранил Сан Цзинсин».
Ши У так ничего и не понял, зато настоятелю все стало ясно. Его позеленевшее от страха лицо аж перекосило.
Ничего хорошего Шэнь Цяо от появления Сяо Сэ не ждал. Он напрямую подчинялся своей наставнице Юань Сюсю, которая не слишком-то ладила с Сан Цзинсином, однако враги у них всегда были общими, и ждать от ставленника главы Юань милостей не приходилось.
Что до настоятеля, то в глубине души Шэнь Цяо догадывался, что тот тоже некогда принадлежал цзянху. Взять хотя бы то, как переменилось его лицо, когда старик увидел эти имена. Постучавшись в двери этого человека, при первом знакомстве Шэнь Цяо принял его и двух послушников за обычных монахов, несущих в храме службу, но, когда настоятель стал со знанием дела щупать его пульс и рассуждать о меридианах, все тайное стало явным. Но кем бы этот добрый человек ни был, а узнавать это было не к спеху. Гораздо важнее, что прямо сейчас к ним заявился адепт Обоюдной Радости, и посещение этого гостя добром явно не кончится. Можно и не гадать, за кем он пришел: за Шэнь Цяо, ранившим Сан Цзинсина.
– Меня зовут Сяо Сэ, – тем временем донеслось снаружи. Голос звучал мягко, как будто посетитель и не собирается никого беспокоить в обители. – Юный монах, доводилось ли тебе встречать человека по имени Шэнь Цяо?
– Что вы! Ни разу! Никогда!
Сяо Сэ на это посмеялся.
– Юный монах, ты совсем не умеешь лгать. Лучше скажи, где он.
Чу И страшно перепугался и завопил во весь голос:
– Да не знаю я, чего пристали?! И сами вы кто такой?! Уходите! А не уйдете, так вернется учитель и убьет вас!
На его крики Сяо Сэ ни капли не рассердился, а все так же мягко продолжал:
– Если ничего не скажешь, придется забрать тебя к старейшине Сану. А он сейчас страшно гневается, загубил уже трех красавиц. Боюсь, в скором времени старейшине уже не на ком будет выместить свою злобу… Не стоит делать глупостей из-за кого-то вроде Шэнь Цяо.
