Шэнь Цяо подумалось, что чудовище, подобное обезьяне, жило в этих местах уже давно. И раз она спрыгнула с Тоба Лянчжэ куда-то вниз, стало быть, там вовсе не бездонная пропасть, а какие-то иные каменные залы, а то и убежища.
Размышляя о всех странностях, что встретились им, Шэнь Цяо шаг за шагом спускался все ниже и ниже.
– Я не твой А-Янь, – вдруг прохрипел Янь Уши.
– Знаю, – проронил Шэнь Цяо.
Он угадал это по выражению лица и взгляду, которым Янь Уши провожал упавшего в пропасть Тоба Лянчжэ, а также по тому, как Янь Уши испугался, когда коснулись его запястья, дабы пощупать пульс. Иначе говоря, личность Янь Уши снова переменилась. За те дни, что они провели бок о бок, Шэнь Цяо в общем и целом сумел установить некоторые признаки, по которым все проявления Янь Уши отличались.
Изначальная и самая главная личность так и звалась Янь Уши – как раз ее Шэнь Цяо знал дольше и лучше всех.
Еще одна под именем Се Лин, что звала его «красивым братцем», отличалась простодушием, но оставалась всегда настороже и не любила много разговаривать. Отчего-то Се Лин доверял Шэнь Цяо: то ли потому, что, проснувшись, увидал его первым, то ли по иной причине, однако этот Янь Уши оставался в уверенности, что «красивый братец» не причинит ему вреда. Зачастую Се Лин делал ровно то, что ему говорили, был покладист и послушен, что избавляло Шэнь Цяо от лишних хлопот. Настоящий Янь Уши никогда бы не подчинился ему, а стал бы все делать наперекор.
Третью личность звали А-Янь, и как раз с ним Шэнь Цяо говорил только что. По сравнению с изначальным Янь Уши он был гораздо мягче, и с ним вполне можно было обсуждать некоторые дела. Из всех личностей Янь Уши с ним было проще всего сладить.
– Тогда кто вы сейчас? – запутавшись, спросил Шэнь Цяо.
Ответ Янь Уши прозвучал загадочно:
– Я – он, но в то же время не он.
Сейчас его внутренняя ци пребывала в полном беспорядке, что было, скорее всего, весьма мучительно. Однако Янь Уши упрямо не желал обращать внимание на боль. Дабы отвлечься, он соизволил заговорить со своим спутником.
– Значит, – задумался Шэнь Цяо, – вы сейчас не Янь Уши, не Се Лин, но и не А-Янь?
– Не знаю, – честно признался Янь Уши. – В голове все путается. Порой мне что-то вспоминается, а порой кажется, что происходило это не со мной. Я не слишком-то уверен, что именно сделал накануне…
В отличие от него, Шэнь Цяо уже сколько-нибудь привык к этой перемене личностей.
– Когда мы найдем нефритовую цистанхе, вам станет лучше.
– Нефритовая цистанхе способна залечить только внешние раны, но бессильна против внутренних повреждений, – напомнил ему Янь Уши.
– Тогда как вам помочь?
– Подожди, пока я не устраню изъян «Основного Канона Феникса и Цилиня» – брешь в Демоническом сердце.
– Вы же говорили, что этот изъян устранить невозможно? – удивился Шэнь Цяо. Его голос эхом разнесся по проходу.
Судя по всему, нынешний Янь Уши многого не помнил, однако остались воспоминания, как прежний он обращался с Шэнь Цяо, как лично отдал его в дар Сан Цзинсину. Сохранились в памяти и те слова, что даос сказал ему с потухшим взглядом: «Раз за разом меня предавали, но не оттого, что я слишком наивен, а оттого, что все еще верю в добро в этом мире. Не будь таких олухов, как я, над кем бы тогда потешался глава Янь?»
Но как давно это было? И что испытывает Шэнь Цяо теперь, когда судьба вновь столкнула их?
– Я уже нашел способ, – тихо проговорил Янь Уши вслух.
В груди он чувствовал еще отголоски былого тепла – того чувства, что переживали Се Лин и А-Янь, когда думали об этом даосе. Усилием воли Янь Уши избавился от них. И тут его взгляд упал на ступени неподалеку от Шэнь Цяо.
– Там кто-то есть, – предупредил он.
Практически одновременно с его словами Шэнь Цяо остановился сам. Он услышал прерывистое тяжелое дыхание.
– Кто здесь? – окликнул неизвестного Шэнь Цяо.
Во мраке пещеры на них глядели тускло светящиеся зеленым глаза, словно два призрачных фонаря, парящих в воздухе. И следом до путников донесся невыносимый густой запах крови.
Древний город Жоцян, куда многие годы не ступала нога человека, оказался поистине полон опасностей.
Шэнь Цяо замер на месте, и его противник тоже не спешил нападать. Так они и застыли друг против друга, и в этом неподвижном противостоянии чувствовалось нечто странное и зловещее.
Такие же тускло светящиеся зеленым глаза были у того чудовища, что напало на них с Тоба Лянчжэ, – Шэнь Цяо их уже видел и оттого не слишком удивился. Необычным было иное: откуда в руинах древнего города, веками погребенных под песками, взялись обезьяноподобные существа? Неужели они сумели на протяжении многих сотен лет выживать здесь без пищи и воды?
Завидев, что Шэнь Цяо не спешит нападать, противник явно забеспокоился. Сверкнули жуткие глаза и вдруг пропали, будто и не бывало, – одна непроглядная тьма кругом. Густой запах крови постепенно развеялся. Неужели чудовище так просто ушло?
