Что же делать? Выпускать того, кто стучит за дверью? Или вернуться к друзьям и спросить у них совета?
Раздумывал Ник недолго: освещенный магическими светильниками коридор мало походил на темный подвал особняка на Хрустальном озере, но оставить взаперти пленника, рвущегося на свободу, было нельзя.
Возможно, именно о нем узнал старый господин Хенн – и был убит. Значит, если дать злодеям шанс, они избавятся от того, кого здесь заперли: перепрячут или вовсе убьют.
Конечно, стоило бы дать знать друзьям. Ведь еще неизвестно, кто там, за дверью. Вдруг кто-то опасный?
Разум еще додумывал, почему непременно стоит вернуться и позвать друзей, а руки уже отпирали массивный блестящий засов. Металлическая полоса сдвинулась в сторону удивительно легко, и Ник решил, что две замочные скважины пониже засова не просто так и дверь без ключей не откроешь. Однако стоило потянуть тяжелую створку, как та с трудом, но поддалась.
– А, вернулся-таки! – проскрипел изнутри недовольный старческий голос. – Ну заходи, заходи! Эй, ты где? Тани! Что за шутки?
Ник на всякий случай оставался невидимым, так что обитатель комнаты видел лишь приоткрывшуюся дверь и полутемный коридор.
Комната, освещенная многочисленными магическими светильниками, вмурованными в стены, убранством напоминала гостевой домик, в котором расположились Скай и его дядя, но и приземистая мебель, и ковры, и занавески – все было не в пример дороже. На оббитых зелено-золотистой тканью стенах красовались картины, изображающие окрестные пейзажи: вид на остров с крепостью, виноградники, морские просторы.
Ник, оставаясь невидимым, разглядывал комнату и наконец заметил сидящего в кресле человека.
Загадочным пленником оказался сухощавый старик с длинной белой бородой и нахмуренными кустистыми бровями. Старик был облачен в роскошный изумрудно-зеленый халат, а в руках он держал невысокий табурет. На лакированном полу возле кресла виднелись вмятины: видно, пленник очень долго стучал по нему ножками табурета.
– Кто там? – сердито спросил старик.
Ник шагнул в сторону, прячась от внимательного взора, стал видимым и через мгновение встал в проеме.
– А вы кто? – настороженно поинтересовался травник.
Старикан озадаченно пробормотал что-то о нечистой силе, поднялся из кресла, пристально глядя на незнакомца.
– Это я должен спросить: вы кто, молодой человек? В Приюте детей быть не должно. Ну, или я пробыл в беспамятстве дольше, чем думал.
Ник не сомневался в том, что волшебник перед ним – один из здешних постояльцев. Но почему он оказался заперт и какие эксперименты над ним проводили – совершенно непонятно. Травник ожидал увидеть измученного исследованиями пленника, из последних сил пытающегося привлечь внимание хоть кого-нибудь помимо своих мучителей. Но на беспомощную жертву старикан походил меньше всего.
– Я приехал сюда со своим господином. Услышал шум и решил, что тут кому-то нужна помощь, – осторожно ответил Ник, внимательно глядя на старого волшебника. Если что, надо успеть отпрыгнуть, захлопнуть дверь и задвинуть засов. Не очень-то она поможет против волшебства, но, с другой стороны, если бы старик мог колдовать, то давно бы сам выбрался наружу.
– А кто твой господин? – прищурился волшебник.
– Так вам нужна помощь, или я могу идти? – строго осведомился травник. Совершенно ни к чему старикану знать, как сильно у его собеседника колотится сердце и как взмокла его спина.
– Нужна! Еще как! – тут же подскочил на месте бородатый обладатель зеленого халата. – Идем!
– Куда? – озадачился Ник.
– Отсюда подальше! – старикан подхватил табурет и направился к двери. – Ух и устрою же я этому Тани! Выпорю его!
В голосе старого волшебника прозвучало столько злости, что Ник испытал острое желание захлопнуть дверь и сделать вид, что он сюда не поднимался.
Как видно, это желание отчетливо проявилось на его лице, потому что старикан остановился, недовольно покачал головой и объяснил:
– Имею право. Паршивец Тани меня здесь запер! Ох мало его в детстве пороли. Да, в общем-то, и не пороли вовсе, если честно. Уж я-то точно знаю: этот паршивец мой правнук!
С этими словами сердитый старикан надвинулся на Ника, и тот поспешил шагнуть в сторону.
– Я, кстати, Тали. А тебя как звать?
– Ник.
– Вот и познакомились. Ох, вот бы перекусить сейчас!.. Есть хочу, аж шатает. Давай-ка столовую искать.
Старый волшебник зашагал по коридору, не выпуская из рук табурет.
– Ох, а сейчас весна или лето? – спохватился он на ходу.
– Лето.
– И в этом соврал маленький мерзавец! Ух я его!
Продолжая бормотать себе под нос, Тали живо спустился по лестнице.
Появление старого волшебника произвело на охрану дома неизгладимое впечатление: мирно беседовавшие здоровяки вскочили, вытаращив глаза и бестолково размахивая руками. Оба разом потеряли дар речи и только раскрывали рты, став удивительно похожими на рыб в пруду.
Ник ушел в неприметность, не желая привлекать еще больше внимания.
– Где Тани? Где этот мерзавец? Где Эрис? Где Фарн?! – гремел старикан, потрясая табуретом.
Сверху послышались шаги: со второго этажа спускалась пожилая женщина в синем платье.
