В придорожных кустах шумели южные птички, в зеленых кронах сновала туда-сюда безобидная природная нечисть, солнце пригревало, а не норовило запечь несчастных путников. Так что если бы не подозрительнейшее поведение охранника, прогулку до виноградника можно было бы считать приятной – болтать с друзьями о том о сем и попутно пытаться разгадать прелюбопытную загадку.
– Ты, кстати, еще что-то вспомнил? – спросил Пит у Ника.
Травник покачал головой и вздохнул:
– Нет. Какие-то обрывки всплывают в памяти, когда я слышу то, что, видимо, знал раньше. И все.
– Вот о суевериях виноделов ты вспомнил очень даже правильно. И о чем это нам говорит?
– Или о том, что нравы здешних виноделов кардинально поменялись, или что тут какие-то неправильные виноделы, – выдвинул предположение Скай.
– Я скорее поверю в то, что на виноградниках поселились чужаки, чем в то, что представители старинной, овеянной традициями профессии решили от этих самых традиций отказаться.
Скай был согласен с другом: традиции, основанные на суевериях, крепко держат своих последователей, и те, кто в них искренне верят, ни за что не отступятся от своих убеждений. Если полагается виноделам избегать волшебных вещей и чар, то они к ним и близко не подойдут.
И все же кое-что Ская смущало: вряд ли новоявленные злодеи быстренько заняли винодельню, избавившись от старых владельцев, чтоб не мешались, да еще так, чтоб никто этого не заметил.
– Судя по его краям, этот артефакт не то чтобы новый, – озвучил свои сомнения Скай. – Со временем грани темнеют, ну, то есть становятся не белоснежными, а светло-светло-бежевыми. Так вот, эта штуковина там по меньшей мере полтора года. А покойный господин Хенн встревожился не так давно. Если там поселились злодеи, то неужели они просто продолжают делать вино и поставлять во дворец?
Волшебник вопросительно взглянул на Пита, и тот, задумчиво почесав подбородок, сказал:
– Никаких винных происшествий не припоминаю. Надо еще у твоего дяди спросить: может, он что слышал?
Как выяснилось две свечи спустя, господин главный библиотекарь тоже не слышал ни о каких инцидентах, связанных с поставками вина, знатными семьями, ведущими дела с виноделами и виноторговцами, или с возлияниями на больших и малых торжествах. Никого не травили, не ходили слухи об испорченном вине, никто не продавал и не покупал крупные виноградники. Королевский виноградарь в прошлом году являлся на все положенные церемонии и, если слухи не врут, не выглядел ни тяжелобольным, ни излишне печальным.
Господин Арли пообещал узнать у распорядителя Приюта, давно ли виноградники закрыли для посещений, и тут же отправился выполнять обещание.
Пит расспросил Норина, не слыхали ли чего в деревне, но, как оказалось, виноградники не нанимали рыбаков. Или, точнее, рыбаки не нанимались к виноградарям, полагая выращивание ягод зряшным делом, а чужаков, которые этим занимаются, глупцами.
– Надо бы поговорить на эту тему со слугами, – заметил Пит. – Помнится, кто-то жаловался, что в прошлом году родича не взяли подработать на виноградниках. Схожу разузнаю детали.
На обед волшебника позвала Белла, как обычно, умиротворенная и спокойная.
Скай обрадовался общительной служительнице и по пути в столовую завел разговор:
– Скажите, а разве королевские виноградники не открыты для экскурсий? Хотел вот сегодня прогуляться, а меня не пустили…
– О, на наших соседей в прошлом году налетела изумрудная тля-виноградница. Страшная беда для растений! И их хозяев, конечно. К счастью, с негодной тлей расправились быстро, а то, бывало, из-за этой букашки виноградники на корню изводить приходилось. Но тут спохватились вовремя, виноградник для посещений закрыли, часть террас вырубили. Остальные обработали чем полагается, и обошлось. Или нет, погодите-ка, для экскурсий виноградник годом раньше закрыли! Да, именно так: там ведь большой ремонт был. Кажется, у какого-то сарая крыша после дождей обрушилась, так что главный виноградарь за голову схватился: мол, стыд-позор – надо срочно ремонт делать.
Белла кивнула, подтверждая свои слова.
– Да, именно так: сначала был большой ремонт. Рабочих привезли, камней, досок, глины – работали день и ночь. Все починили, обновили – красота, да и только! Собрались уже гостей принимать, а тут эта тля негодная. Вот ведь напасть! Но главный виноградарь не унывал: и в столицу ездил, как полагается, и за сезонными работами следил чин чином. У них же и дел невпроворот: и окучить, и полить, и сорняки, и вредители…
– А работников, наверное, в деревне нанимают? – вклинился в монолог Беллы волшебник.
