– За… водными духами. Тут невероятное разнообразие всевозможных существ. – Волшебник вытянул руку и взмахнул ею, указывая разом и на пролив, и на море.
Эта красотка, очевидно, не знает, что племянница главного виноградаря королевства не станет сама готовить обед работникам. А если станет – вдруг какая блажь нашла на ее дядю? – то не сохранит, никак не сохранит в целости изящные пальцы с аккуратными ногтями. Ладно красотка, но почему же об этом не подумал тот, кто ее сюда отправил?
– Да, тут много всяких рыб и морских раков! – улыбнулась Милли. – Ой, вы же волшебных существ имели в виду! Я такая глупая…
Она прикрыла рот ладошкой, всячески изображая ненатуральное смущение. Пит тут же взялся уверять милую племянницу виноградаря в обратном, галантно подставив локоть. Милли ухватилась за него и бросила кокетливый взгляд через плечо на господина волшебника.
– Хотите, я расскажу вам про водянниц и морских сирен? – предложил Скай, идя в шаге от девушки и Пита.
– О, конечно!
Милли слушала волшебника с подобающим восторгом, но Скай готов был поклясться, что ей на самом деле не очень-то любопытно. Ничего удивительного в этом не было: если эта девушка не видит волшебных созданий и не интересуется ими, то восторгаться искренне ей совершенно не с чего. А значит, Милли просто-напросто пытается понравиться то ли Скаю, то ли Питу, то ли им обоим сразу. И если бы она действительно была племянницей главного виноградаря, скучающей в окружении работяг, то ничего подозрительного в стремлении понравиться заезжим молодцам не было бы. Но Скай ни на миг не верил в ее историю.
Слишком уж вовремя появилась эта девица. К тому же девушка из хорошей семьи – а семья королевского виноградаря однозначно относилась к хорошим – ни за что не приняла бы нарочито грубоватые ухаживания Пита. Не по статусу такой барышне слуга, вот сам волшебник – другое дело. Но Милли, кажется, вовсе не заметила подвоха, а значит, ее вряд ли воспитывали в семье королевского виноградаря. Судя по изюму, она действительно пришла с виноградников, но кто она на самом деле – очень-очень интересный вопрос.
Примерно свечку спустя Милли спохватилась: мол, дядя меня убьет! – и убежала прочь, взяв со Ская и Пита обещание погулять с ней подольше, когда она освободится от работы.
– Что скажешь? – спросил Пит, глядя вслед убегающей девушке. – Готов поверить чаровнице Милли?
– В то, что ей очень нужно с нами прогуляться, я, пожалуй, готов поверить, – кивнул волшебник. – А что до всего остального, то ее история кажется мне на редкость сомнительной.
Они вернулись к Нику. Травник тут же протянул трубу Питу и покачал головой. Потянулся, встряхнул руками и спросил:
– Что ей нужно было?
– Пока неясно, – отозвался Скай. – Видимо, присматривалась к нам. Звала погулять вечером.
– А стоит ли? – нахмурился травник.
Пит, сменивший друга на посту наблюдателя, поинтересовался, не отвлекаясь от созерцания окрестностей:
– А сам как думаешь?
– Думаю, что кого-то на этих виноградниках очень насторожил наш визит. И этот кто-то послал к нам своего человека, эту Милли. И наверняка нас хотят заманить в ловушку.
Ник покачал головой, продолжая хмуриться. Словно ему очень не нравились эти очевидные вещи, но притом он понимал, что просто отвернуться от них из-за этой очевидности не получится.
Скай в общем-то понимал друга: его тоже совсем не радовала перспектива добровольно забраться в наспех созданную неведомым врагом западню. Но, с другой стороны, наверняка лучше торопливый, а значит, неосмотрительный противник, чем тот, кто все продумал и предусмотрел. Получается, что наспех созданная ловушка – идеальный вариант, при котором можно и на врага посмотреть, и себя показать.
– И как, по-твоему, мы должны поступить? – спросил Пит.
Травник вздохнул.
– Придется в нее забраться.
А потом добавил, чуть поразмыслив:
– И тогда еще посмотрим, кто кого съест!
– Вот! Отличный настрой! – похвалил Пит. – Если к нему добавить продуманную подготовку, то вообще хорошо.
Милли вернулась в густых летних сумерках. Постучала в дверь гостевого домика и, когда Ник впустил ее, поставила на пол две увесистые корзинки, накрытые нарядно вышитыми полотенцами. Пахло от корзинок свежими пирогами, да так заманчиво, что Скай, еще не переваривший суп с клецками, тушенных в сметане перепелок и отменный джем из винограда и груш, невольно начал прикидывать, хватит ли в нем места под третий ужин.
Девушка, облаченная в тонкую накидку поверх легкого платья, растерла руки, уставшие от тяжести корзин, и радостно возвестила:
– Мы идем к Поющим пещерам! Там так чудесно! И как раз сегодня там распускаются золотые цветы! Они очень-очень красивые! Даже я их вижу, а волшебники, говорят, дар речи теряют от восхищения!
– Прямо сейчас идем? – уточнил Пит.
– Да-да, надо идти в темноте, чтобы увидеть всю красоту!
Дядюшка, которого Милли не могла видеть из-за высокой спинки кресла, шевельнулся и сказал:
– Кто-нибудь представит меня этой очаровательной юной леди?
– Ой, – пискнула Милли, – я такая дурочка: не заметила уважаемого господина! Прошу, не ругайте меня…
