Если проявить небрежность, пользуясь Силой, то можно передать не только мысли, но и чувства. Чейд прочитал мою боль.
Я осторожно его оттолкнул – не хотел отвечать на этот вопрос. У меня все было далеко не хорошо, но меньше всего мне хотелось говорить об этом с Чейдом.
Я решительно вытолкнул его из своего разума и поднял стены.
О том, чтобы снова уснуть, и речи не было; спокойствие покинуло меня. Я следил за танцем теней на потолке в отсветах каминного пламени. Пытался думать о Молли, не испытывая печали, однако рана была еще слишком свежа. Я запретил себе думать о посланнице или пытаться разгадать смысл ее послания.
Но когда запрещаешь себе о чем-то думать, происходит совсем наоборот. Я думал о Шуте. Я хотел сделать вид, что не сержусь на него из-за столь туманного послания. А когда это не удалось, попытался выбросить его из головы.
Я перекатился на бок и стал смотреть на свою маленькую девочку. Ее волосы торчали во все стороны. Она свернулась калачиком, точно спящий волчонок. Ее одеяло сползло, и я видел, что пальчики на ее ногах поджаты. Она во сне хотела сделаться совсем маленькой, словно надеялась остаться незамеченной. Ох, малышка… Такая крошечная, но не такая юная, какой кажется. В особенности после сегодняшней ночи. И это я с ней сделал. Не подумав, превратил в свою сообщницу. В точности как Чейд поступил со мной. Стану ли я, когда пройдут годы, обращаться с ней, как Чейд – со мной? Заставлю ли историю повториться, воспитав еще одного убийцу? Неужели я не смогу быть для нее иным отцом?
Шут всегда уверял меня, что время движется по великому кругу, этот круг постепенно распадается, и с каждым разом человечество повторяет одни и те же ошибки, усугубляя их последствия. Он верил, что может использовать меня в качестве Изменяющего, чтобы перевести это великое колесо на лучшую дорогу. У него были видения о разных вариантах будущего, и среди них – то, в котором я выжил и вместе мы изменили мир.
И я опять мыслями вернулся к Шуту. Повернулся на бок, потом на другой и встал. Разбудил огонь в камине, поправил одеяло на Би и вышел тихо, словно крадущийся убийца. Все-таки я в этом деле был на удивление талантлив…
Я прошелся по Ивовому Лесу с канделябром в руке. Изучил, насколько успели отремонтировать Желтые покои, и снова изумился безрассудству Шун: явилась в чужой дом в качестве нежеланной гостьи и при этом без конца жалуется, что ее недостаточно хорошо принимают. По крайней мере, эти комнаты ей точно понравятся. Накануне в очаге жгли яблочные и кедровые поленья, чтобы освежить воздух в помещении. Запах все еще витал в воздухе. При свечах желтые стены казались золотистыми, теплыми. Когда над кроватью повесят выстиранный полог и вернут на место шторы, здесь будет уютное жилище для молодой женщины. В такой теплой и гостеприимной комнате она наверняка и не вспомнит про «призрака». Я запер за собой тяжелую деревянную дверь, успокоенный тем, что хоть это завтра должно получиться как надо. Сегодня – поправил я самого себя. Сегодня. Рассвет был от меня на расстоянии одного испорченного сна.
За Желтыми покоями находились Зеленые. Я не помнил, когда в последний раз в них бывал. Открыл двери, всмотрелся в полумрак. Задрапированная мебель, утопающая в пыли. Запертые ставни. Очаг вычищен и холоден вот уже много лет. Кровать выглядит голой без полога, убранного в кедровый сундук в изножье. Воздух в комнате нежилой, но мышиного или крысиного помета не видно. Завтра прикажу слугам придать ей обитаемый вид. К прибытию Фитца Виджиланта покои согреются. Они не такие просторные, как Желтые. Рядом со спальней имелся маленький кабинет, а еще – комната для слуги; интересно, подумал я, понадобится ли ему таковой. Обязан ли я его предоставить? Я никогда не пользовался услугами писаря и многого не знал. Надо будет спросить Ревела. Может, он в этом разбирается. Но да, эти комнаты Фитцу Виджиланту подойдут. Еще один вопрос решен.
Дальше располагалась комната Би, и тут меня ждали дела. Завтра придется изобразить гнев из-за паразитов и потребовать, чтобы постель сожгли, а комнату как следует вычистили. Значит, сегодня ночью нужно забрать ценные вещи Би, чтобы их не выкинули во время тщательной уборки. Надо собрать свечи, ее скакалку и юлу и прочие мелочи – все, что может оказаться дорого ей. Я спрятал все это в запирающийся сундук в собственной спальне.
