Ученик Истока. Часть I полностью

Поверхностного сканирования юноше хватило, чтобы собрать воедино разрозненные кусочки надвигающегося решения. Лау Дан прикусил себе щёку до крови, но сказать в защиту своей позиции ему было уже нечего. Захарию хорошо знали как человека предусмотрительного, частенько скупого и крайне прагматичного — эфемерные понятия о чести и справедливости волновали его редко и только в случаях, когда сулили выгоду самому Захарии или его ближайшему кругу. Ситуация казалась лантанцу решённой — потому-то он и сверлил взглядом пол под своими ботинками и кусал так яростно губы, словно в ожидании смертного приговора. На иной исход не рассчитывали и остальные. Только Соллер был обеспокоен и следил за лицом чернокнижника пристально, высматривая что-то понятное и доступное в полностью расслабленных чертах. Нахмуренные брови — единственное проявление эмоции — вызывало в дворянине объяснимое беспокойство.

Непонятно только то, почему его голос вообще потребовался, — задумался молодой Путник. — Очевидно, что даже с его решением «за» голосов «против» будет большинство. Если только у них не иной подсчёт баллов. Или у старика тупо веса больше?

— Голосую «за».

— Что? — во вспыхнувшем тут же пожаре споров отчётливо прозвучал только вопрос Тита Остари: искренне растерявшийся, бывший священник во все глаза смотрел на поднявшего наконец взгляд чернокнижника как баран на новые ворота и даже не сразу нашёл подходящие слова. — Но… Постойте, магистр, не понимаю… Как… Почему?

Какое-то время они молча смотрели друг на друга, обмениваясь невербальными сигналами, понятными только им двоим, пока остальные, неравномерно разбившись на несколько групп, шептались и старались разобраться в противоречивых соображениях.

— Не понимаю: ведь он сам описал наши действия с расчётом на то, чтобы обезопасить «Пакт» и не иметь с Хошо ничего общего…

— Я в замешательстве…

— Поддерживаю Тита, рисковать гильдией глупо…

— У нас два голоса против шести, по правилам Устава…

— Предлагаю выслушать господина магистра, — только что вместе с остальными решивший скормить кривоногого Хошо королевской службе безопасности, суетливо засомневался в своей позиции Бастик и громко призвал членов совета к вниманию. — Не исключено, что мы не учли каких-то фактов, имеющих для гильдии массу значения.

— Вы правда хотите сунуть голову в костёр, магистр? — Ракхани повернувшимся ходом дискуссии был явно не удовлетворён. — И ради кого? У Хошо даже с натяжкой нет того влияния на местный рынок, ради которого можно было бы отстаивать его интересы.

— Давайте дадим господину магистру возможность сказать, — настойчиво повторил Шантри и в не свойственной ему манере глянул на двухметрового «льва» откровенно жестковато.

Максим впечатлился. Даже уважением к нему проникся.

— Ты давно меня знаешь, Ракхани, — ровно, спокойно и мягко проговорил Захария, — И знаешь, что в первую очередь я защищаю интересы гильдии, а уже только потом — частные интересы её членов. И давайте не будем забывать, что Атталь-Ромари фактически членом гильдии не является.

— Тогда какая муха тебя…

— Однако факт его сотрудничества только с нами широко известен, — не дал договорить колдун, избавив кхара тем самым от необходимости отвечать впоследствии за грубое высказывание, — Равно как известен и уникальный для Цельды пункт нашего Устава «о защите членов гильдии, её сотрудников и партнёров, попавших в затруднительное положение по вине третьих лиц».

— Мы смогли значительно расширить сферу своего влияния в королевстве именно благодаря этому пункту, — так, словно это была лично его заслуга, пояснил Шантри Максу на ухо. — Ваш Мастер изволил предложить.

— Довольно долгое время «Пакт» наращивал мощь благодаря обещанию обеспечить защиту — в том числе от мошенников. Пока другие гильдии закупали новые караваны и дрались за охраняемые тракты, мы инвестировали в юристов и адвокатов, не так ли? Торговые отношения с большей частью наших давних партнёров, выросших к сегодняшнему дню в китов, были созданы во многом на основе наших гарантий, поскольку на тот момент, как вы помните, ничего другого, выгодно оттенявшего нас на фоне конкурентов, мы предоставить не могли.

Пока колдун говорил, члены совета начинали потихоньку осознавать, к чему клонится ностальгический монолог.

— Хошо — не первый, с кем мы сотрудничаем и у кого возникли проблемы с законом. Но отказав ему в помощи, мы создадим прецедент, и на месте наших партнёров я бы задался очевидным вопросом: а когда «Пакт» в следующий раз откажется защищать своих? И кто будет этим следующим? Доверие будет подорвано — в лучшем случае, с нами начнут разговаривать сквозь зубы. В худшем, мы не только не сможем найти новые контракты, но и потеряем старые. Да, мелкие игроки продолжат стягиваться — малышам всегда нужен кто-то покрупнее, — но по сравнению с тем, что мы имеем сейчас, это объедки.