| Why, four months ago Dalton, Resaca, Kennesaw Mountain had been to her only names of places on the railroad. | Да ведь четыре месяца назад Далтон, Резака, гора Кеннесоу были лишь географическими названиями или станциями железных дорог. |
| Now they were battles, battles desperately, vainly fought as Johnston fell back toward Atlanta. | А потом они стали местами боев, отчаянных, безрезультатных боев, отмечавших путь отступления войск генерала Джонстона к Атланте. |
| And now, Peachtree Creek, Decatur, Ezra Church and Utoy Creek were no longer pleasant names of pleasant places. | А теперь и долина Персикового ручья, и Декейтер, и Эзра-Черч, и долина ручья Ютой уже не звучали как названия живописных сельских местностей. |
| Never again could she think of them as quiet villages full of welcoming friends, as green places where she picnicked with handsome officers on the soft banks of slow-moving streams. | Никогда уже не воскреснут они в памяти как тихие селения, полные радушных, дружелюбных людей, или зеленые берега неспешно журчащих ручьев, куда отправлялась она на пикники в компании красивых офицеров. |
| These names meant battles too, and the soft green grasses where she had sat were cut to bits by heavy cannon wheels, trampled by desperate feet when bayonet met bayonet and flattened where bodies threshed in agonies... And the lazy streams were redder now than ever Georgia clay could make them. | Теперь эти названия говорили лишь о битвах: нежная зеленая трава, на которой она сиживала прежде, исполосована колесами орудий, истоптана сапогами, когда штык встречался там со штыком, примята к земле трупами тех, кто корчился на этой траве в предсмертных муках... И ленивые воды ручьев приобрели такой багрово-красный оттенок, какого не могла придать им красная глина Джорджии. |
| Peachtree Creek was crimson, so they said, after the Yankees crossed it. | Говорили, что Персиковый ручей стал совсем алым после того, как янки переправились на другой берег. |
| Peachtree Creek, Decatur, Ezra Church, Utoy Creek. | Персиковый ручей, Декейтер, Эзра-Черч, ручей Ютой. |
| Never names of places any more. | Никогда уже эти названия не будут означать просто какое-то место на земле. |
| Names of graves where friends lay buried, names of tangled underbrush and thick woods where bodies rotted unburied, names of the four sides of Atlanta where Sherman had tried to force his army in and Hood's men had doggedly beaten him back. | Теперь это места могил, где друзья покоятся в земле, это кустарниковые поросли и лесные чащи, где гниют тела непогребенных, это четыре предместья Атланты, откуда Шерман пытался пробиться к городу, а солдаты Худа упрямо отбрасывали его на исходные позиции. |
| At last, news came from the south to the strained town and it was alarming news, especially to Scarlett. | Наконец, в измученный неизвестностью город проникла весть - тревожная весть, особенно для Скарлетт. |
| General Sherman was trying the fourth side of the town again, striking again at the railroad at Jonesboro. | Генерал Шерман снова ведет наступление, снова старается перерезать железную дорогу у Джонсборо. |
| Yankees in large numbers were on that fourth side of the town now, no skirmishing units or cavalry detachments but the massed Yankee forces. | Теперь янки сосредоточились с этой стороны Атланты и вместо отдельных кавалерийских налетов готовят большой массированный удар. |
