| It was beyond their comprehension that they no longer had a hundred slaves to do the work. | У них не умещалось в голове, что на плантации больше нет той сотни рабов, которая эту работу выполняла. |
| It was beyond their comprehension that an O'Hara lady should do manual labor. | У них не умещалось в голове, что благородные девушки из семьи О'Хара должны заниматься грубым физическим трудом. |
| "But, Sister," said Carreen, her sweet childish face blank with consternation. "I couldn't split kindling! | - Но, сестричка, дорогая, - пролепетала как-то раз Кэррин, и ее нежное детское личико стало совсем белым от страха, - я же не могу щепать лучину! |
| It would ruin my hands!" | Что будет с моими руками! |
| "Look at mine," answered Scarlett with a frightening smile as she pushed blistered and calloused palms toward her. | - А ты погляди на мои, - сказала Скарлетт и с жесткой улыбкой поднесла к глазам сестры свои загрубевшие, покрытые волдырями и мозолями ладони. |
| "I think you are hateful to talk to Baby and me like this!" cried Suellen. | - По-моему, это гадко - так разговаривать с малышкой, да и со мной тоже, - вскричала Сьюлин. |
| "I think you are lying and trying to frighten us. | - По-моему, ты все лжешь и нарочно стараешься нас запугать. |
| If Mother were only here, she wouldn't let you talk to us like this! | Послушала бы тебя мама! Она бы не позволила так с нами разговаривать! |
| Split kindling, indeed!" | Щепать лучину! Еще чего не хватало! |
| Suellen looked with weak loathing at her older sister, feeling sure Scarlett said these things just to be mean. | Сьюлин с бессильной злобой поглядела на старшую сестру, ни секунды не сомневаясь, что Скарлетт говорит все это лишь для того, чтобы их позлить. |
| Suellen had nearly died and she had lost her mother and she was lonely and scared and she wanted to be petted and made much of. | Сьюлин только что была на краю смерти и потеряла мать. Она чувствовала себя ужасно одинокой, и ей было страшно и хотелось, чтоб ее жалели, ласкали и баловали. |
| Instead, Scarlett looked over the foot of the bed each day, appraising their improvement with a hateful new gleam in her slanting green eyes and talked about making beds, preparing food, carrying water buckets and splitting kindling. | А вместо этого Скарлетт каждый день, став в ногах кровати, с каким-то новым, гадким блеском в зеленых, чуть раскосых глазах с удовлетворением отмечала, что сестры идут на поправку, и принималась перечислять их обязанности: стелить постели, стряпать, таскать воду из колодца, щепать лучину. |
| And she looked as if she took a pleasure in saying such awful things. | И можно было подумать, что ей даже доставляет удовольствие сообщать им все эти чудовищные вещи. |
| Scarlett did take pleasure in it. | А Скарлетт и вправду делала это не без удовольствия. |
