| Nothing at all-yet the thought of dropping off into that mist-filled country so terrified her she began sleeping with Melanie, who would wake her up when her moaning and twitching revealed that she was again in the clutch of the dream. | Совершенно нечего бояться... И тем не менее мысль о том, что она опять окажется среди этого тумана в каком-то неизвестном краю, нагоняла на нее такой страх, что она стала ночевать в спальне Мелани, чтобы та могла разбудить ее, если она опять начнет стонать и метаться во власти этого кошмара. |
| Under the strain she grew white and thin. | Нервное напряжение сказалось на ней: она похудела, сошел румянец. |
| The pretty roundness left her face, throwing her cheek bones into prominence, emphasizing her slanting green eyes and giving her the look of a prowling, hungry cat. | В лице ее уже не было прежней приятной округлости: впалые щеки, резкая линия скул и косо разрезанные зеленые глаза придавали ей сходство с голодной одичавшей кошкой. |
| "Daytime is enough like a nightmare without my dreaming things," she thought desperately and began hoarding her daily ration to eat it just before she went to sleep. | "Жизнь и днем достаточно похожа на кошмар, чтобы они мучили меня еще по ночам!" - с отчаянием думала она и начала отделять часть своего дневного рациона, чтобы съесть перед сном. |
| At Christmas time Frank Kennedy and a small troop from the commissary department jogged up to Tara on a futile hunt for grain and animals for the army. | В сочельник Фрэнк Кеннеди с небольшим продовольственным отрядом притрусил в Тару в тщетной надежде найти хоть немного зерна и мяса для армии. |
| They were a ragged and ruffianly appearing crew, mounted on lame and heaving horses which obviously were in too bad condition to be used for more active service. | Тощие, оборванные солдаты были похожи на бродяг, и лошади под ними - увечные, со вздутыми животами - явно попали в этот отряд потому, что не годились для боевых действий. |
| Like their animals the men had been invalided out of the front-line forces and, except for Frank, all of them had an arm missing or an eye gone or stiffened joints. | Люди, так же как их лошади, - все, за исключением Фрэнка, - были списанные в запас калеки - кто без руки, кто без глаза, кто с негнущейся ногой. |
| Most of them wore blue overcoats of captured Yankees and, for a brief instant of horror, those at Tara thought Sherman's men had returned. | Почти на всех были синие мундиры, снятые с убитых янки, и на какую-то секунду обитатели Тары оцепенели от ужаса, думая, что к ним опять нагрянули солдаты Шермана. |
| They stayed the night on the plantation, sleeping on the floor in the parlor, luxuriating as they stretched themselves on the velvet rug, for it had been weeks since they had slept under a roof or on anything softer than pine needles and hard earth. | Отряд заночевал в Таре; разместившись в гостиной на полу, все с наслаждением вытянулись на мягком ковре - ведь из месяца в месяц они спали под открытым небом и на голой земле, хорошо еще, если усыпанной сосновыми иглами. |
| For all their dirty beards and tatters they were a well-bred crowd, full of pleasant small talk, jokes and compliments and very glad to be spending Christmas Eve in a big house, surrounded by pretty women as they had been accustomed to do in days long past. | Несмотря на свои лохмотья и грязные бороды, это были хорошо воспитанные люди, они мило болтали и шутили, отпускали комплименты и страшно радовались, что им довелось провести сочельник в большом доме, среди красивых женщин, совсем как в былые времена. |
| They refused to be serious about the war, told outrageous lies to make the girls laugh and brought to the bare and looted house the first lightness, the first hint of festivity it had known in many a day. | Они отказывались вести серьезные разговоры о войне и что-то врали напропалую, стараясь рассмешить дам и принести в этот разграбленный, опустошенный дом хоть чуточку праздничного веселья и радости. |
