| And thousands of men, who had laid down their arms at Appomattox, had taken them up again and stood ready to risk their necks on a minute's notice to protect those women. | И тысячи мужчин, которые сложили оружие у Аппоматтокса, а сейчас снова взяли его в руки и готовы по первому зову рисковать жизнью. |
| There had been something in Tony's face which had been mirrored in Frank's, an expression she had seen recently on the faces of other men in Atlanta, a look she had noticed but had not troubled to analyze. | В лице Тони было что-то такое, что отразилось и в лице Фрэнка, - это выражение она не раз последнее время видела и на лицах других людей в Атланте, замечала его, но не давала себе труда разгадать. |
| It was an expression vastly different from the tired helplessness she had seen in the faces of men coming home from the war after the surrender. | Это было выражение совсем новое - не усталость и беспомощность, которые она видела на лицах мужчин, возвращавшихся с войны после поражения. |
| Those men had not cared about anything except getting home. | Тем было все безразлично - лишь бы добраться до дома. |
| Now they were caring about something again, numbed nerves were coming back to life and the old spirit was beginning to burn. | А сейчас им не было все безразлично, к омертвевшим нервам возвращалась жизнь, возрождался былой дух. |
| They were caring again with a cold ruthless bitterness. | Им не было все безразлично - только появилась у них холодная, беспощадная горечь. |
| And, like Tony, they were thinking: | И подобно Тони, они думали: |
| "It isn't to be borne!" | "С таким мириться нельзя!" |
| She had seen Southern men, soft voiced and dangerous in the days before the war, reckless and hard in the last despairing days of the fighting. | Скарлетт видела южан в разных ипостасях: вежливых и удалых - в предвоенные дни; отчаянных и жестоких - в дни последних безнадежных схваток. |
| But in the faces of the two men who stared at each other across the candle flame so short a while ago there had been something that was different, something that heartened her but frightened her--fury which could find no words, determination which would stop at nothing. | Но в лицах этих двоих, которые только что смотрели друг на друга поверх пламени свечи, было что-то иное, что-то и согревшее ей душу, и напугавшее ее, - ярость, для которой не было слов, решимость, которую не остановишь. |
| For the first time, she felt a kinship with the people about her, felt one with them in their fears, their bitterness, their determination. | Впервые она почувствовала, что составляет единое целое с теми, кто ее окружает, почувствовала, что делит их страхи, их горечь, их решимость. |
| No, it wasn't to be borne! | Нет, с таким мириться нельзя! |
| The South was too beautiful a place to be let go without a struggle, too loved to be trampled by Yankees who hated Southerners enough to enjoy grinding them into the dirt, too dear a homeland to be turned over to ignorant negroes drunk with whisky and freedom. | Юг - слишком хорош, чтобы выпустить его из рук без борьбы, слишком любим, чтобы позволить янки, которые ненавидят южан так, что готовы втоптать их в грязь, - надругаться над этой землей, слишком дорог, чтобы отдать родной край неграм, опьяневшим от виски и свободы. |
