| I won't be havin' no quarrelin' tonight with Mr. O'Hara layin' dead in the parlor." | Я не допущу никаких ссор сегодня, пока мистер О'Хара лежит в гробу в гостиной. |
| HE won't be having any quarreling! thought Scarlett, indignantly. | "Он не допустит никаких ссор! - возмущенно подумала Скарлетт. |
| He talks like Tara was his already! | - Да он говорит так, будто Тара уже его!" |
| And then she thought of Gerald, dead in the parlor, and suddenly she began to cry, cry in bitter, gulping sobs. | Тут она вспомнила о Джералде, о том, что он лежит мертвый в гостиной, и разрыдалась -горько, со всхлипами. |
| Will put his arm around her, drew her comfortably close and said nothing. | Уилл обхватил ее за плечи и молча прижал к себе. |
| As they jolted slowly down the darkening road, her head on his shoulder, her bonnet askew, she had forgotten the Gerald of the last two years, the vague old gentleman who stared at doors waiting for a woman who would never enter. | Они медленно ехали в сгущавшихся сумерках по тряской дороге, голова Скарлетт покоилась на плече Уилла, шляпка съехала набок, а она думала о Джералде - не о том, каким он был два последних года, не о старике с отсутствующим взглядом, то и дело посматривавшем на двери, ожидая появления женщины, которая уже никогда в них не войдет. |
| She was remembering the vital, virile old man with his mane of crisp white hair, his bellowing cheerfulness, his stamping boots, his clumsy jokes, his generosity. | Скарлетт помнила живого, полного сил, хоть уже и немолодого человека с густой копной седых волос, шумного, веселого, гостеприимного, громко топавшего по дому, любившего дурацкие шутки. |
| She remembered how, as a child, he had seemed the most wonderful man in the world, this blustering father who carried her before him on his saddle when he jumped fences, turned her up and paddled her when she was naughty, and then cried when she cried and gave her quarters to get her to hush. | Она вспомнила, как в детстве он казался ей самым чудесным человеком на свете: как этот неугомонный человек сажал ее с собой в седло и перепрыгивал вместе с нею через изгороди, как он мог задрать ей юбчонку и отшлепать, когда она капризничала, а потом плакал с нею, если она плакала, и давал ей четвертаки, чтобы она успокоилась. |
| She remembered him coming home from Charleston and Atlanta laden with gifts that were never appropriate, remembered too, with a faint smile through tears, how he came home in the wee hours from Court Day at Jonesboro, drunk as seven earls, jumping fences, his rollicking voice raised in | Она вспомнила, как он возвращался домой из Чарльстона и Атланты, нагруженный подарками, которые были всегда не к месту, - вспомнила, улыбаясь сквозь слезы, и то, как он возвращался из Джонсборо домой на заре после заседаний в суде, пьяный в стельку, и перемахивал через изгородь, распевая во все горло |
| "The Wearin' o' the Green." | "Увенчав себя зеленым клевером". |
| And how abashed he was, facing Ellen on the morning after. | И как потом наутро ему стыдно было смотреть Эллин в лицо. |
| Well, he was with Ellen now. | Ну вот теперь он и соединился с Эллин. |
| "Why didn't you write me that he was ill? | - Почему ты не написал мне, что он болен? |
| I'd have come so fast--" | Я бы тут же примчалась... |
| "He warn't ill, not a minute. | - А он ни секунды и не болел. |
| Here, honey, take my handkerchief and I'll tell you all about it." | Вот, моя хорошая, возьмите-ка мой платок, - и я сейчас все дам расскажу. |
