Я заметила, как между холмами в тумане помаргивают теплые огоньки окон. Может, и Шэн с Гансом уже нагоняют нас? Обернувшись, я не увидела ничего, только плотную ночную мглу, поглотившую горизонт. Хоть бы они справились! Господи, пусть у них получится! Пусть получится у нас всех, ведь цель так близка!
Живот снова прострелило болью. Я ахнула и стиснула зубы, перед глазами поплыли разноцветные пятна. И вместе с пятнами из темноты наперерез нам выскочил черный всадник.
– Тпрру! – закричал Фа Дэ-Мин и натянул поводья. Чег ловко выхватил мушкет и, прицелившись, выстрелил. Воздух наполнился порохом и дымом, я зажмурилась, но в последний момент увидела, что пуля прошла насквозь, не причинив монстру никакого вреда!
Ченг выругался по-альтарски. Так, что если бы рядом была моя Жюли, она бы закрыла уши и покраснела. Как она там? В порядке ли Гретхен? Вся прошлая жизнь казалась красивым и таким далеким сном. Там был любящий Дитер, было солнце, каждое утро восходившее над горами, были цветущие сады и свежесть цветов…
Где это все? Над миром спустилась тьма, и, открыв жадный зев, извергнула неубиваемых чудовищ.
– Еще! – сквозь сжатые зубы процедила я. – Стреляй еще, Ченг!
Он выстрелил.
Всадник лопнул с тихим хлопком, обдав нашу повозку хлопьями сажи. Я видела, как капитан Фа, держа поводья одной рукой, другой, зажимая мушкет, пытается зарядить его, и тоже сквозь зубы шипит ругательства. А мне нехорошо, все тело сотрясает дрожь, по спине катится пот и крутит живот, не сильно, но довольно неприятно. Может, это волнуется Тея? Может, чувствует что-то? Чье-то приближение?
– Тварь, получай! – зарычал капитан Фа.
Еще один всадник, соткавшийся из тьмы, лопнул и рассыпался в прах. Наши лошади заржали и неслись уже, не разбирая дороги. Колеса прыгали на ухабах, подбрасывая тюки. Я держалась одной рукой, другой поддерживала живот.
Должны успеть! Должны! Где там мои драконы? Где Ю Шэн-Ли с Гансом?
Быстрее! Еще быстрее!
Всадник выскочил наперерез.
Наши лошади вскинула вспененные морды, сбились с шага. Повозка накренилась и прочертила длинную борозду в земле. Тюки покатились по камням, оставляя за собой размотанные шелковые дорожки. Ченг кубарем вывалился на землю, продолжая что-то кричать.
Еще один монстр выскочил слева. Второй – справа.
Капитан Фа бросил поводья и кинулся ко мне. Он успел в последний момент: сграбастав меня в объятия, он сгруппировался, и мы оба полетели на землю, я упала прямо на него, прижала к пожухлой траве. Послышался треск ломаемых оглоблей, разлетелись колеса и борта. Приоткрыв глаза, я видела, как лошади все еще бегут, таща за собой поводья и деревянные щепы.
– Теперь… – прохрипел капитан Фа. – После такой… близости… мы просто обязаны… пожениться.
Я вспыхнула и осторожно сползла с него. Меня трясло, слабость разливалась по телу. Зато капитан бодро вскочил на ноги и вскинул мушкет.
– Уходи! – крикнул он мне. – Беги, Мар-Тин! Пока я жив, ни одна черная сволочь не посмеет приблизиться к тебе!
Выстрел. Снова и снова!
Слишком поздно…
Чернота накатывала океанскими волнами. Может, они уже смяли сопротивление Ганса и Шэна, может, смогли победить и драконов. Хотелось плакать от отчаяния и боли. Но вместе с отчаянием в груди кипела ненависть. Нет времени сдаваться! Я вспомнила, что мне сказала Тея.
«Не время для потерь!»
Черное море расступилось, пропустив вперед предводителя.
Он будто летел по воздуху, но земля трескалась и осыпалась под копытами его скакуна. Над черным шлемом вращался облачный водоворот – Черное Зеркало в обрамлении тусклых звезд.
– Подойди ближе, – процедил капитан Фа, перезаряжая мушкет. – И я накормлю тебя пулями.
– Я… с тобой, – вытолкнула в ответ и прицелилась. – Это – за Шэна и Ганса.
Выстрел!
Пуля ушла в молоко. Рука дрожала, и я промахнулась. Досада! Какая же досада!
– За погибших товарищей, – поддержал меня капитан Фа и тоже выстрелил. Два всадника, мчавшиеся по бокам черного рыцаря, лопнули, как наполненные чернилами воздушные шарики.
– За Ченга.
Еще одну тень разорвало в клочья.
– И за нас с Мартиным, – пуля разбилась о широкую грудь черного скакуна. Встав на дыбы, он забил передними копытами, выдувая ноздрями серный смрад. Черный рыцарь привстал на стременах и вскинул руку, в ней сверкнул огненный меч. Я почувствовала, как прогревается вокруг меня воздух, трескается, идет сухими волнами.
У меня осталась последняя пуля. Не нужно торопиться.
Конь ударил копытами в землю. Она завибрировала, пошла трещинами. Тяжело дыша, я следила, как рыцарь наклоняется надо мной. Его шлем с черным плюмажем был непроницаем и глух, только в прорези для глаз горели золотые огни, как два маленьких солнца. От них кружилась голова, и мир вокруг сжимался тисками.
Душно! Так страшно и душно…
Я едва нащупала рукой мушкет, взвела курок и подняла дуло.
– А это, – прошептала я, – за моего…
Черный рыцарь медленно снял шлем.
Меня точно окунуло в расплавленную лаву. Этого не могло быть! Это какое-то наваждение! Дурной сон! Нереальность!
