– Придешь, иначе Джоан Мак-Тоули узнает, что ты пропускаешь наши занятия. – Маунтбеттен встает со стула, кладет перьевую ручку в кожаный пенал и закидывает его мне в рюкзак.
Он сама невозмутимость. Я же до сих пор не могу поверить, что он купил мне ручку… Однако этот добрый жест никак не прощает его хамского поведения.
– Это шантаж!
– Ты абсолютно права.
С этими словами он следует к Башер, оставляя меня наедине с моим негодованием.
– Не стойте как истукан, Ламботт! – пыхтит, в свою очередь, преподавательница экономики, и я быстро выбегаю из библиотеки – до того, как она вновь скажет какую-нибудь гадость.
Сегодня весь день накрапывает дождь. Тучи такие низкие, что закрывают собой кончики высоких шпилей на башнях. У меня в руках голубая увесистая папка, которую возмущенно всучила мне Башер. Я пробегаю взглядом по надписи сбоку и замираю на месте.
Люси Ван дер Гардтс. Написано черным маркером печатными буквами. Я оглядываюсь по сторонам. Холодный ветер бьет в лицо, но на улице так пусто, будто в академии все вымерли. Маленькие капли оставляют разводы на пластиковой обложке. «Загляни туда, Селин!» – шепчет внутренний голос. Я крепко обхватываю папку и, прижав ее к груди, иду в противоположную от здания администрации сторону. Мне нужно узнать, что там. Пусть даже бюллетень об оценках. Что угодно. Да, я изучила ее соцсети, просмотрела множество статей в интернете. Но все, что мне известно, – у Люси была идеальная жизнь. Ей незачем было убивать себя. Мне нужна любая мелочь, связанная с Люси. В Сети нет ответов на волнующие меня вопросы. Какая невероятная случайность, что эта папка попала мне в руки.
Нужно спрятаться в туалете, и в нынешних обстоятельствах это не такая уж банальная идея. Забегаю в главное здание и несусь со всех ног. Часть учеников косо поглядывает на меня; видимо, на моем лице читаются нервозность и любопытство.
Дверь передо мной открывается, и я чудом не налетаю на Джоан Мак-Тоули.
– Ламботт? – Она выглядит удивленной. – Разве по расписанию у вас сейчас не урок с Уильямом?
Эта женщина знает обо всем в этих стенах?
– Мы перенесли на вечер, – лепечу я.
Конечно, из всех людей в академии на моем пути в этот самый момент должна была появиться она.
– Но ведь библиотека сегодня работает до трех. – Глаза профессора сужаются.
– Да, но мадам Башер попросила…
Мак-Тоули выставляет перед собой ладонь и обрывает меня:
– Мне неинтересно, о чем вас попросила дурочка Башер. Я и так вынуждена восполнять пробелы в ее образовании. – Джоан чуть ли не орет. – Вы в первый и последний раз пропускаете занятия с репетитором. – Переходить на французский и на «вы» в моменты злости – ее визитная карточка. Будто в подтверждение этого, она грозит мне указательным пальцем. – Вы поняли?
Я киваю и спешно отвечаю:
– Да-да!
Мак-Тоули закатывает глаза:
– Вы здесь уже больше месяца! Не лепечите, Селин. Акулы вокруг сожрут и не поперхнутся, станьте костью в их горле.
Она заходит в кабинет и, не оборачиваясь, громко хлопает дверью прямо перед моим носом. Я закрываю глаза и делаю три глубоких вдоха. Хоть бы она не заметила, что за папка у меня в руках! При ее внимательности это будет сущее везение.
До уборной остается всего пара шагов и один поворот. Одна часть меня упрекает за глупость, другая же считает, что знания – главный ключ к разгадке. И чем больше их у меня будет, тем быстрее я пойму, с чем именно имею дело.
В туалете никого нет. Тут мраморный пол и зеркала в позолоченных инкрустированных рамах. Пахнет розами. Запах очень едкий и резкий, как духи пожилых старушек. Я прячусь в кабинке и, опустив стульчак, присаживаюсь. Сердце от волнения готово выпрыгнуть из груди. Спокойно, Селин. Ты всего лишь заглянешь в папку. Ты ничего не воруешь, не портишь… Дрожащими руками я приоткрываю завесу тайны.
Титульная страница приводит меня в дрожь: «Отчет о психологическом состоянии Люси Ван дер Гардтс. Доктор Жан-Огюст Шапмель». Ты явно лезешь не в свое дело, шепчу я себе под нос. Следующая страница – QR CODE. «Видеозапись запрошенной вами сессии» – гласит маленькая надпись небрежным курсивом под значком. У меня пересыхает во рту. Я не позволяю себе испугаться и передумать. Не сейчас, когда я зашла так далеко. Резким движением достаю из кармана телефон и, открыв камеру, навожу ее на код.
– Скорее всего, там будет пароль, и ты все равно ничего не увидишь, – бормочу сама себе.
У меня замирает дыхание, когда браузер все-таки загружается и я оказываюсь на странице доктора Шапмеля. «Запись 29 апреля» – гласит название. Всего за неделю до самоубийства Люси. Никчемный видеоплеер загружается секунды три, прежде чем я вижу ее. Длинные рыжие волосы заплетены в косу, лицо без макияжа. Она выглядит моложе, точнее, более юной. Более естественной и приземленной, чем на фотографиях в своих соцсетях, и все такой же красивой. Сияющая кожа, глаза, волосы. Та самая красота, которая напоминает прекрасное раннее утро, рассвет и весну.
– Доктор, что именно вы хотите услышать? – произносит Люси мелодичным голосом.
