Она воинственно насупилась. Я спустилась по подставленной Ероном скамеечке, скрывая улыбку. С такой защитницей ничего не страшно. Крепче сжала ручку корзины, в которой, накрытые тканью, лежали сумочки, и двинулась к торговому ряду.
Прошла мимо девиц, обсуждающих какую-то нахалку, у которой совсем нет совести. Сделала вид, что собираюсь идти дальше, но, как только обогнула их, свернула к лавке.
Иста шла за мной след в след. Несмотря на воинственность, при виде такого количества барышень она оробела. Я подумала, что надо бы отправить её с каким-нибудь поручением, но было уже поздно. Мы стояли у закрытой двери лавки.
– Эй ты! Вообще-то, тут очередь! – прилетело в спину, едва я потянулась к ручке.
Пришлось обернуться.
Одна из девиц выступила вперёд. Юная, едва ли старше Еженики, привлекательная, превосходно одетая. Сиреневое платье с изящной вышивкой по подолу и рукавам-фонарикам. Изящные туфельки, модная шляпка, украшенная пышными перьями.
На её фоне я смотрелась едва ли не нищенкой. Поношенное платье и стоптанные туфли хотелось снять и немедленно выбросить. Хорошо, хоть шляпу в этот раз оставила в дрожках. Однако и это не слишком спасало. Волосы наверняка растрепались. Лицо покраснело от встречного ветра. А пальцы были истыканы иголками.
– Таким, как ты, здесь нечего делать, – заявила другая, перо у неё на шляпке было одно, но его длины хватило на половину тульи.
– Вряд ли у такой оборванки есть деньги на модную сумку, – усмехнулась третья.
Я не ожидала подобной агрессии. И теперь только и могла, что беспомощно хлопать глазами. Если у себя в усадьбе я не задумывалась о внешнем виде, то сейчас, благодаря этим девицам, ощутила всю степень убогости своего наряда.
– Извините, – пролепетала растерянно и уже собралась двинуться обратно.
Мне не позволила Иста. Сначала выставила ладонь, удерживая меня. Затем развернула обратно к двери.
– Мы не покупать, мы сумки привезли, – сообщила она девице и, распахнув дверь, чуть ли не втолкнула меня внутрь. – Чего это вы, барышня, удумали? Испугались что ль этих ряженых куриц? – Насмешливо спросила, проходя вслед за мной.
Я мысленно встряхнулась. Действительно, чего это я? Подумаешь, ряженые курицы. Стоит ли обращать внимание?
Едва над дверью звякнул колокольчик, из-за конторки выскочила Рамисса. Волосы у неё были растрёпаны, лицо бледное, а под глазами залегли тёмные тени.
– Нету у меня новых сумок! Я уже сказала – нету! – выкрикнула она с отчаянием в голосе, прежде чем разглядела меня. – Госпожа Ленбрау…
Моё имя в её устах было похоже на стон. Она покачнулась, оседая назад. К счастью, за её спиной стояла конторка. И Рамисса облокотилась на неё.
Я бросила корзину у порога. Одновременно с Истой мы подбежали к хозяйке лавки, подхватили её с двух сторон под руки и усадили на стул.
– Поищи воды, – велела я Исте. А сама схватила журнал со столешницы и начала обмахивать лицо Рамиссы.
– Что случилось? Вам плохо? Вы заболели?
Она не отвечала. Только качала головой.
Появилась Иста с графином, она озиралась по сторонам в поисках кружки. Я кивнула на подоконник, где стоял забытый стакан. Нянька налила в него воды и протянула Рамиссе. У той дрожали руки, мне пришлось придерживать донышко.
В несколько глотков опустошив стакан, Рамисса выдохнула и взглянула на меня.
– Куда вы пропали? Я уже думала, вы не появитесь, – она схватилась за моё запястье и так сильно сжала пальцы, что я охнула. – Эти стервятницы чуть меня не растерзали. Почему вас так долго не было?! Вы же обещали прийти через три дня!
С каждым вопросом, больше похожим на обвинение, голос лавочницы становился громче, а пальцы сжимались крепче. Мне пришлось приложить немалое усилие, чтобы выдернуть руку из её захвата. На запястье остался красный след.
– Рамисса, мы договорились на пять дней. Я опоздала на один, за что приношу извинения. Что у вас тут случилось?
В этот момент дверь распахнулась, так резко, что оторвало колокольчик, жалобно звякнувший и покатившийся по полу. А в лавку ринулась толпа девиц. Трое первых пытались пройти одновременно и на некоторое время застряли в дверях.
Они толкали друг дружку и активно работали локтями. Наконец барышня в сиреневом платье сумела одолеть соперниц и ворвалась внутрь.
– Это она? Она привезла те сумочки? – девушка кивнула на меня и приказала: – Показывайте! Я буду выбирать первой.
За её спиной вновь началась потасовка.
– Я буду второй!
– Нет, я! Я стояла сразу за Лодиной!
– А я за Миртой!
– Я пришла всего на полминуты позже!
Рамисса тяжело вздохнула и подняла на меня усталый взгляд.
– Вот это и случилось. Надеюсь, вы привезли сумочки. Иначе они порвут нас на клочки.
Толпа у двери разрасталась. Одна из барышень пнула ногой корзину, которая мешала им всем разместиться. Я проследила, как она скользнула вдоль стены, накренилась, но, к счастью, устояла.
Медленно выдохнула, испытывая невероятное облегчение. Ведь стоило корзине перевернуться, как сумочки разлетелись бы по полу. Прямо под ноги нетерпеливых клиенток. И тогда прощай почти неделя кропотливой работы.
