Лучшая модистка в городе! Ну конечно! Это же сюда Сиенна Атли отнесла испорченную Лодиной сумочку.
– Я тоже о вас слышала, госпожа Бенер, – тоже улыбнулась. – Говорят, вы намерены разгадать мой секрет.
Смех модистки был похож на перезвон колокольчиков. Она наконец выпустила мои руки и чуть отошла.
– Я бы предпочла, чтобы вы продолжали сами изготавливать свои чудесные сумочки и выставляли их в моём магазине. Однако это подпортит мою репутацию – ведь все знают, что я продаю лишь то, что создано в моём ателье. Я бы наняла вас, но вряд ли вы согласитесь, потому что господину Ленбрау это предложение не нравится.
Лана снова улыбнулась, а я перевела взгляд на Идана. Он действительно чуть нахмурил брови. Неужели думает, что я могу захотеть здесь работать?
– Моя жена самостоятельно принимает решения. Я ни в чём не ограничиваю Еженику, – заявил ей мой супруг, за что мне захотелось его расцеловать.
– А-а, современные взгляды на женскую свободу. Что ж, я очень одобряю ваш подход, господин доктор. Поздравляю, госпожа Ленбрау, мало какая женщина в нашем захолустье может похвастаться такой широтой взглядов у супруга.
– Спасибо, я тоже очень довольна своим браком, – выдала чистую правду. Не знаю, как другим женщинам этого мира, а мне с мужем очень повезло.
– Госпожа Бенер, мы пришли, чтобы заказать платье для Еженики, и у нас не очень много времени, – кажется, Идан устал от нашей женской болтовни. Или его смутило активное обсуждение в его же присутствии.
Но госпожа Бенер тут же спохватилась. Хлопнула в ладоши, и ателье мгновенно преобразилось.
Девушки в сером вынесли ширмы и тут же установили вокруг меня, одновременно закрывая и от окон, и от мужа. Сквозь сетчатые вставки в верхней части я видела, что Идана усадили на стул, поставили перед ним небольшой столик, на котором молниеносно оказался чайный набор и несколько вазочек с конфетами и крохотными пирожными.
Я бы тоже не отказалась слегка перекусить, но меня уже взяли в оборот. Раздели и отступили за пределы ширм, чтобы хозяйка могла вдоволь налюбоваться на мою фигуру.
Госпожа Бенер обошла меня кругом, пощипывая подбородок двумя пальцами.
– Хорошо, хорошо, замечательно, – приговаривала она, а затем вдруг спросила: – Госпожа Ленбрау, вы мне доверяете?
Вопрос застал врасплох. Как можно доверять человеку, которого видишь впервые в жизни? Однако речь, скорее всего, шла о её профессиональных качествах. И тут я могла ответить утвердительно, ведь звание «лучшая модистка города» или даже губернии непросто заслужить.
– Вашему профессионализму доверяет весь город, – улыбнулась я.
– Хорошо, – Лана кивнула, словно для неё это было само собой разумеющимся. – Я уже придумала для вас образ. Сейчас снимем мерки, и через неделю, нет, лучше через две, получите платье, которое сделает вас неотразимой.
Я согласно кивнула. Так даже лучше. Ведь я не разбираюсь в местной моде, могу выбрать устаревший сто лет назад фасон, и надо мной будет смеяться каждая встречная собака.
– А на примерку когда прийти? – вспомнила я опыт пошива новогоднего наряда на корпоратив. Тогда руководство решило устроить тематическую вечеринку в пиратском стиле.
– Обижаете, – госпожа Бенер лукаво улыбнулась, в её взгляде не было и следа обиды. – Мне не нужны примерки. Я никогда не ошибаюсь.
После чего она отдала меня на растерзание своим помощницам, а сама подсела к Идану. Я слышала слова вежливой беседы о погоде и негромкое позвякивание чашек о блюдца.
Снятие мерок оказалось долгим и утомительным. Меня обмерили в прямом смысле с ног до головы, не пропустив окружность черепа и длину стопы. Похоже, у госпожи Бенер к делу подходили более чем профессионально.
Наконец меня снова одели и, убрав ширмы, отпустили пить чай, который заменили на горячий.
Конфеты госпожа Бенер покупала в той же кондитерской, что и Рамисса, они были вкусными и ароматными. А маленькие пирожные просто таяли во рту, оставляя сливочно-клубничное послевкусие.
Одна из помощниц открыла дверь, и швейцар, всё это время удерживающий снаружи посетителей, распахнул створку, запуская поток внутрь.
Потоком оказались две дамы преклонных лет, одетые в пышные пёстрые платья.
– Ланочка, почему нас держат на улице как каких-то попрошаек? – возмутилась одна высоким голосом.
– Прошу прощения, – госпожа Бенер отставила чашку, которую тут же убрала служанка. – Нужно уделить внимание постоянным клиентам.
Хозяйка попрощалась с нами и поспешила усмирять поток недовольства.
Мы с Иданом остались за столиком одни.
– Что скажешь? – поинтересовался он.
– Она знает своё дело, умеет к каждому найти подход, и наверняка платье мне понравится, – я улыбнулась.
Сама уже прикинула, что закажу себе одежду попроще. В торговом ряду, где лавка Рамиссы, я видела вывеску портного. А может, удастся отыскать что-то в магазинах готового платья. Разумеется, всё это после того, как закрою хозяйственные нужды и заплачу работникам.
Когда мы вышли из ателье, солнце уже опускалось за горизонт, раскрашивая облака розовыми всполохами.
– Ты устала? – заботливо поинтересовался Идан. – Может, поедем на извозчике?
