— Я знаю, что вы не хотели, чтобы он погиб. К сожалению, это произошло, и теперь вы страшно мучаетесь, но, думаю, у вас еще есть шанс искупить свою вину. — Я подошла на шаг ближе, и Гюрза с мучительным стоном схватился за голову. — Угрю почти удалось выполнить ваше задание. Я уничтожила его и весь его отряд, за исключением единственного разведчика, которого знала лично. Он плохо понимал, что делает, и я пощадила его, отчасти из сострадания, отчасти для того, чтобы затем с помощью него выманить и убить вас. Как видите, мой модифицированный мозг нисколько не повернулся набекрень: мне предельно ясно, кто является моим другом, а кто — моим врагом, и даже сейчас я подобралась к вам, не навредив ни одному человеку из вашего окружения. Я контролирую свои способности и совершенно точно не являюсь угрозой для людей, если только и они не будут пытаться угрожать мне. Надеюсь, однажды вы поймете это. — Я опустила глаза на притоптанную траву, позволяя Гюрзе вздохнуть чуть свободнее. — Я собиралась отомстить вам, но теперь вижу, что это бессмысленно, даже рискованно, ведь сегодня же вечером, если вас не станет, случится одно из двух: разведчики штурмом возьмут Альфу или Йору казнят. Тритон не сможет отменить подписанный вашей рукой смертный приговор, только новый руководитель Штаба, которого точно не выберут день в день, а Койот не согласится на меньшее. Меня, как вы догадываетесь, не устраивают оба варианта. Мой отец живет во внешнем районе Альфы, и он не должен пострадать. — Сделав короткую паузу, я заговорила гораздо тише: — Полчаса назад вы сказали «нет» не разведчикам. Вам чудилось, что вас снова обвиняют в убийстве Крайта, и от одной только мысли, что вы действительно причастны к этому, вас переполняет отрицание. Каждый день, каждый час воспоминание о случившемся продолжает мучить вас, и даже мне не удается полноценно избавиться от него при погружении в ваше прошлое. — Гюрза отчетливо вздрогнул, по-прежнему стоя спиной ко мне и лицом к истекающим слюной мозгоедам. — Если вы хотите, чтобы оно, наконец, отпустило вас, поступите правильно. Сделайте, как он просил.
Я вдруг ощутила смертельную усталость. Мне стоило больших усилий отталкивать от себя вьющиеся повсюду человеческие воспоминания, которые вперемешку с бестолковыми красками монстров били по моей голове не меньше, чем я сама воздействовала на голову Гюрзы. Продлись наш разговор еще хотя бы минут десять, и мне самой пришлось бы капитулировать, однако Гюрза, к счастью, этого не знал.
— Ты поможешь нам справиться с мозгоедами?
— Если вы пообещаете оставить Йору в покое и принять свое наказание. Уверена, оно будет не слишком строгим, ведь все же именно в смерти Крайта действительно был виноват несчастный случай.
— Я согласен.
В воспоминаниях Гюрзы мгновенно воцарился покой. Я увидела в них молодого Крайта, вступающего в должность заместителя майора Акары по вопросам разведки, и их с ним теплый разговор, полный надежд на достойное будущее. Ему определенно очень хотелось, чтобы вместо последнего спора он согласился с ним, и все закончилось точно так же, как много лет назад.
— Прикажите людям на башне прекратить огонь. Я уведу оставшихся мозгоедов.
О стрельбе по эту сторону стены можно было не волноваться: участники злополучных переговоров уже истратили все патроны и теперь кучковались за спинами везунчиков с саблями. Как только Гюрза выполнил мою просьбу, и гвардейцы, которых призвал на подмогу дозорный, с недоумением опустили винтовки, я вновь закрыла глаза. Чтобы оказать угнетающее влияние на монстров и отогнать их обратно в лес, требовалось отделить их бессвязные воспоминания от воспоминаний людей. Сконцентрироваться только на них, но едва я попыталась сделать это, к горлу тотчас подскочила тошнота. Раньше мне не приходилось по собственному желанию копаться в памяти большого количества мозгоедов одновременно, и, впервые очутившись в бесконечном тоннеле из пятнистых узоров, я не справилась с наплывом отвращения и поспешила покинуть его. После чего на мгновение приоткрыла один глаз, желая удостовериться, что нахожусь на прежнем месте. Гюрза нетерпеливо переминался с ноги на ногу, со страхом наблюдая, как монстры продолжают терроризировать его подчиненных. От мысли, что мне придется сказать ему, что я не в состоянии выполнить свое общение, мне сделалось еще хуже, и я тут же преисполнилась решимости повторить попытку.
Только на десять минут. Только один раз.
Над полем разнесся надрывный многоголосый вой. Мозгоеды почувствовали вероломное вторжение в их головы и, негодующе рыча, принялись пятиться от стены базы. Один из немногих, кто еще мог держать в руках саблю, взъерошенный и истекающий кровью из прокушенного плеча Койот ошалело уставился им вслед. Проходя мимо него, я до боли вонзила ногти себе в ладони, чтобы случайно не зацепить и его воспоминания. Он, в свою очередь, почти наверняка посмотрел на меня, однако был слишком вымотан и обескуражен происходящим, чтобы размышлять, почему вдруг очередной монстр оказался так не похож на остальных.