Конечно, Такка недолюбливала Йору. На то было несколько мелких причин, вроде ее личной неприязни к военным, и одна большая, ведь фактически он являлся убийцей ее сына. Сколько бы я ни заставляла ее пересматривать мои воспоминания о падении Города, сколько бы ни повторяла, что в тех страшных обстоятельствах у него попросту не было другого выбора, ничего не помогало, и даже по прошествии года мне так и не удалось уговорить ее поддерживать нейтралитет. Ситуация сдвинулась с мертвой точки, лишь когда я, в отчаянии, открыла ей, насколько важным человеком была для него погибшая по ее вине Тисс. Эту подробность Такка сочла достойным осмысления, и с тех пор ее враждебность медленно начала сглаживаться.
— Надеюсь, не сделаете. Не забудьте, пожалуйста, вашу сыворотку.
Такка пробурчала в ответ нечто неразборчивое, а я, следуя своему же совету, полезла в нагрудный карман, где всегда готовый к использованию лежал маленький шприц.
Йора был не один. Новый руководитель Штаба тоже поджидал нас с Таккой, хотя раньше он никогда не заявлялся к нам домой. Взлетев на крыльцо и отворив дверь, я укоризненно сложила на груди руки.
— От вас я такого не ожидала, майор. На этом участке мы вольны передвигаться безо всяких ограничений — что, если бы я не заметила вас и вошла прежде, чем вколола лекарство?
Большая, почти полностью лысая и идеально круглая, точно гиря, голова с трудом повернулась в мою сторону. Габронат обвел меня подслеповатым взглядом и по-доброму прогудел:
— Если бы я не доверял твоей внимательности, Ванда, не позволил бы построить здесь дом. Да и как мне еще было переговорить с одним из своих старших офицеров, если он безвылазно торчит здесь уже второй день?
— Почему вы задержались? — Проигнорировав упрек в свой адрес, Йора обеспокоенно поднялся с места. — Что-то случилось в дороге? Вы должны были вернуться еще в начале недели.
— Нет, просто мы забрели чуть дальше, чем планировали. Извините, если помешала. Вы уже закончили? — Габронат, решив больше не мучить негибкую шею, утвердительно кивнул затылком, и я тут же подала Йоре знак, чтобы он поскорее одевался. — Тогда мы, наверное, пойдем. Я оставлю отчет о вылазке под дверью вашего кабинета, если к тому времени вас еще не будет на Бете.
Однако не успел Йора накинуть куртку, как на пороге очутилась Такка. Они молча уставились друг на друга, застыв по разные стороны дверного проема, и даже спиной я почувствовала исходящее от нее недовольство. Достаться оно, разумеется, должно было именно мне.
— Можно подумать, ты этот отчет написала.
— Напишу, как доберусь до базы.
— Вот уж сомневаюсь.
— Пускай молодые гуляют, сами разберемся, — неожиданно вступился за меня Габронат. Ради Такки он соизволил-таки обернуться еще раз, и, воспользовавшись случаем, бросил последний многозначительный взгляд на Йору: — Ты ведь хорошо понял свою задачу?
— Да, майор.
— Чудненько. Что ж, Такка, как поживаешь? Давно ты на базу не заходила, уже пару месяцев тебя не видел.
— Чего мне там делать? — фыркнула она. — Ванда, вон, бегает через день, мало вам с ней возни?
Не желая и дальше выслушивать ее придирки, я вытолкнула Йору на улицу и с облегчением захлопнула за нами дверь.
— При тебе она становится невыносимой.
— Если бы вы не пренебрегали графиком вылазки, я бы не пришел. Ванда, мы же обсуждали, как важно его придерживаться.
— Знаю-знаю, прости. — Спустившись с крыльца, я весело обернулась к нему. — Ты продолжишь отчитывать меня или, может, лучше сразу поцелуешь, чтобы мы поскорее закрыли эту тему, разобрались со всеми делами и успели на праздник, который устраивает сыну Перилла?
Йора никак не отреагировал на мою попытку пошутить. Остановившись на предпоследней ступени, он неожиданно мрачно посмотрел на меня.
— Раз ты увидела наш разговор с Периллой, наверняка знаешь, и о чем меня просил Габронат.
— Да, — кивнула я, постепенно меняясь в лице.
— Выходит, тебе нечего сказать на это?
— А что тут говорить? Гюрза честно отсидел свой срок.
— Не понимаю, с какой стати я должен заниматься его охраной. — Не привыкший демонстрировать свое раздражение, Йора явно сдерживался из последних сил. — Я ненавижу этого человека, и мне будет только в радость, если кто-то из присылавших ему в тюрьму письма с угрозами исполнит их.
С негромким вздохом я поднялась обратно на лестницу и обняла его.
— Скажи, почему у вас не сложились с ним отношения? Я знаю, был какой-то инцидент много лет назад.