— Ванда, мне просто небезразлично твое самочувствие. Послушай, — он прикрыл за Софорой дверь и облокотился на нее спиной, чтобы никто не смог войти, — тебе лучше оставить службу в разведке. Последняя вылазка и все эти домыслы о модифицированном существе вымотали тебя, ты здорово изменилась. Тебя больше ничего не радует, ничего не интересует, хотя раньше для хорошего настроения тебе было достаточно просто посмотреть на звезды. Ты нарушаешь приказы, плачешь по ночам, мучаешься какими-то навязчивыми идеями, да и вообще находишься на грани нервного срыва, неужели не замечаешь? — Я понуро сгорбилась, и Виреон тут же заговорил увереннее, уловив смену моего настроения: — Тебе пора вновь занять нейтральную позицию, отстраниться, как ты всегда делала при работе в Городе. Мы с тобой слишком многое пропускаем через себя и обязаны фильтровать чужие переживания, иначе наша психика долго не выдержит. Пожалуйста, давай переберемся на Альфу, где ты сможешь чаще навещать родителей и заниматься всем, чем только пожелаешь, а я буду работать с Иргой за нас двоих. Давай построим что-то стабильное, спокойное и приносящее радость, иначе для чего мы вообще выбирались на поверхность? Чтобы страдать сильнее, чем под землей?
Я в замешательстве подняла голову. С Виреоном мы знали друг друга уже много лет, так что не было ничего удивительного в том, что он с легкостью разбирал по полочкам все мои сомнения, однако прямо сейчас его слова показались мне буквально вырванными из моих собственных мыслей. Из-за этого складывалось впечатление, что меня заманивают в какую-то хитроумную западню, которой инстинктивно хотелось сопротивляться.
— Кажется, я начинаю понимать, почему нас не любят. Это и впрямь не слишком приятно, когда тебя видят насквозь.
— Разве плохо, что мы хотим одного и того же?
— Нет, просто… мне нужно время подумать.
— Ладно. — Виреон отстранился от двери и открыл ее передо мной. — Идем обедать?
— Да, — с заминкой согласилась я, несколько удивленно глядя вглубь пустого коридора, представшего перед моими глазами.
С некоторых пор мне было непривычно проходить куда-либо первой. Виреон слегка подтолкнул меня, и только тогда я поспешно шагнула вперед.
Под вечер следующего дня разведчик на дозорной башне заметил сигнальную ракету. Подобные боеприпасы выдавали исключительно руководителям отрядов, выдвигающихся на длинную дистанцию, и на текущую дату таким руководителем значился лишь лейтенант Летрин, чья группа покинула Альфу чуть меньше месяца назад. Целью их вылазки, насколько мне было известно, являлся заброшенный наземный город, а конкретнее пополнение запасов боеприпасов и химических реактивов для научного отдела, раздобыть которые можно было только в нем. Ради этого разведчикам выделяли лошадей и повозки, чтобы они могли быстрее добраться до места назначения и побольше захватить с собой, и подобные вылазки считались самыми опасными из всех, потому как в наземных городах количество мозгоедов исчислялось тысячами или даже десятками тысяч. За лошадьми они чаще всего не поспевали, но даже если и поспевали, не трогали их. Очевидно, внутренние органы животных были им не по вкусу.
Человеком, выпустившим сигнальный заряд, оказался рядовой Аксис. Это был мужчина лет двадцати восьми, низкорослый, смуглый и обладающий морщинистым, как сушеный финик, лицом. Состоял он в отряде Летрина и всегда так быстро и сбивчиво разбрасывался словами, что создавалось впечатление, будто при каждой попытке заговорить мысли начинают путаться у него в голове. Когда его, раненого и окровавленного, дотащили до ворот, я стояла неподалеку: мне было интересно, что вынудило его использовать редкую огненно-красную ракету и почему он вернулся на базу в одиночестве. К несчастью, бедолаге было так плохо, что его сразу повели в госпиталь, однако я все же расслышала отдельные части его невнятного бормотания:
— Мозгоеды окружили… мы отбивались… потом голова начала разрываться… я побежал…
— Посторонись. — Разведчик, волочивший раненого Аксиса на своих плечах, грубо оттолкнул меня, хотя свободного пространства перед ним было предостаточно, а затем рявкнул, обращаясь к спешащему по его следам младшему товарищу: — Позови майора Крайта, если он еще на Бете.
— А если нет?
— Тогда капитана Йору.
— Сержант, но капитан Йора по-прежнему находится на карантине…
Старший разведчик выругался и уставился на своего юного сопровождающего свирепым взглядом.
— Приведи в госпиталь хоть кого-нибудь из офицеров, понял?!
— Понял! — отрапортовал тот и бросился бегом в противоположном направлении.