— Нет, не хотелось бы, — неожиданно резко оборвал ее Йора. — Ты надеялась отвлечься, проветрить голову, и я предоставил тебе эту возможность. Из подобных тебе, попавших в военную академию из банального желания поддержать друга или родственника, получаются никудышные разведчики, погибающие в первый же год или бросающие своих товарищей, если доведется прожить немного дольше, так что не трать мое время.
Мак, ошарашенная услышанным, застыла на месте. Ваху покосился на нее с сочувствием, после чего многозначительно переглянулся с Бадисом, не оставляя сомнений, что им обоим было прекрасно известно, для чего потребовалась капитану столь жестокая речь. В полном молчании они занялись лошадьми, а я торопливо зашагала к сестре, чтобы успокоить ее.
— Не принимай его слова близко к сердцу.
— За что он со мной так, Ванда? — изо последних сил скрывая дрожь в голосе, прошептала она. — Я ведь даже сделать ничего не успела.
— Он знает, что ты здесь ради меня. Наверное, ему кажется, что тебе стоит подумать еще раз, действительно ли ты хочешь быть разведчиком. Не основываясь на чувстве вины или на том, чего от тебя ждут другие. — Я помолчала, провожая ее к заполненной повозке, после чего добавила гораздо тише: — Помнишь, на моей первой вылазке погиб человек? Он пришел в разведку вслед за старшим братом, и капитан считает, что самому ему это никогда не было нужно.
— Но ведь со мной все иначе! — тут же возразила Мак. — Я поступила в военную академию не из чувства вины, а потому что твоя цель в один момент стала и моей целью. Я захотела разделить ее с тобой, по-настоящему захотела, и мне наплевать, если он считает, что я недостаточно сильна или замотивирована.
— Хорошо, если ты так уверена. Я вот с некоторых пор начала сомневаться в себе, — вздохнув, призналась я. — Виреон считает, что мне следует отказаться от вылазок. Говорит, в последнее время я вся на нервах.
— А как думаешь ты?
— Не знаю. Пока не знаю. — На мгновение стиснув ее в объятиях, я отошла, чтобы позволить попрощаться с ней Ракше и Ваху. — Тебе пора. Увидимся через несколько дней.
— Будь осторожна, Ванда.
Ваху был заметно расстроен. Мак нравилась ему — то ли после игры в «правду или ложь», то ли они успели подружиться еще на карантине, — и сейчас он явно испытывал сожаление, что именно ей выпало отдуваться за злосчастное происшествие с Грифом. Он как раз начал горячо убеждать ее, что капитан вовсе не хотел сказать про нее ничего плохого, когда я отвернулась и двинулась к самому виновнику торжества.
— Могли бы сделать это и по-другому.
— Не понимаю, чем ты недовольна. — Йора придвинул к оставшемуся в одиночестве пегому коню заполненное наполовину ведро воды. — Я сделал твоей сестре одолжение, избавив ее от необходимости участвовать в опасной вылазке.
— Если вы будете выговаривать такое всем сомневающимся новичкам, разведка очень быстро обмельчает.
— А если не буду, в моем отряде появится с десяток Аксисов и Грифов.
— Разве Гриф был плохим разведчиком? — поинтересовалась я, не глядя на него, и бодро помахала рукой, когда Мак, уже сидя во второй повозке, ненадолго оглянулась.
— Он был бы гораздо лучшим гвардейцем, — отрезал Йора. — Сделай доброе дело, оставь в покое мою голову и покопайся в виде исключения в другой. Я хочу понять, при каких обстоятельствах Аксис разделился с группой. Лежа в госпитале, он сообщил мне, что их накрыла толпа мозгоедов и он потерял Летрина и остальных из виду, а вчера обмолвился, что всех их убили на его глазах. Его показания противоречат друг другу, и мне нужно знать наверняка, что произошло.
— Как прикажете.
Так как до наземного города оставалось всего ничего, а солнце уже клонилось к закату, было принято решение заночевать на этом самом пятнадцатом километре, чтобы очутиться на месте в более безопасное время суток — при свете дня. Неподалеку обнаружился неплохо сохранившийся одноэтажный магазинчик при заправочной станции, и Йора отдал распоряжение занимать места внутри. Однако Аксису это решение пришлось не по душе.
— Там мы будем заперты.
— Зато здесь капитану придется оставить на ночь гораздо больше часовых. — Я внимательно всмотрелась в его лицо. — Извини, ты не против, если я возьму тебя за руку?
— Зачем? — испуганно спросил он, делая шаг назад.
— Чтобы увидеть, как вы разделились с лейтенантом Летрином.
— Я же все сказал… все, что помнил…
— Порой мы забываем некоторые важные детали, — миролюбиво произнесла я. — В Городе я часто помогала людям вспоминать забытое. Не бойся, это абсолютно безболезненно.
— Нет. Я не хочу.
— Тогда мне придется сообщить капитану.
— Это вмешательство в частную жизнь! — Повысив голос, Аксис даже заговорил четче. — Вы не имеете права!
Йора вышел на улицу как раз вовремя, чтобы услышать его последние слова. Я вздохнула с облегчением: приниматься за угрозы мне не хотелось, а на обычные просьбы Аксис не поддавался.
— Ты дашь ей посмотреть, — безапелляционным тоном произнес капитан. — Иначе я сочту тебя виновным в гибели всего отряда и по возвращении на базу определю в тюрьму до конца твоей жизни. Решай сейчас.