Стадо из воспоминаний Аксиса было огромным. Я содрогнулась, представив, что оно преследует теперь и Ваху с Бадисом, и еще раз с отчаянием посмотрела на стекло. Без поддержки у них не было ни единого шанса отбиться.
— С Нертерой все будет в порядке, — подала голос Софора, заняв место рядом с пострадавшей. — Я позабочусь о ней.
— Точно? — неуверенно, будто бы надеясь на отрицательный ответ, спросил Ракша.
— От меня определенно будет больше пользы, чем от тебя.
— Но если на вас нападут…
— Тебе прекрасно известно, что без необходимости мозгоеды не преодолевают препятствия, а огибают их, — одернула его я. — Они не станут ломиться в двери, если Софора будет вести себя тихо.
— Ладно. — Ракша встряхнулся, избавляясь от искорок сомнений во взгляде. — У меня есть идея. Идем.
Мозгоедов на дороге практически не осталось: все они углубились в близлежащую ясеневую рощу. Прикончив тех из них, кто отстал, мы взялись за поиски телеги. Я думала, что испуганный нашествием монстров жеребец перетащит ее за километр от прежнего места, однако она нашлась там же, где и была оставлена на ночь.
— Их тренируют не бояться мозгоедов. — Ракша принялся освобождать коня от упряжи. — Верхом умеешь ездить?
— Нет.
— Тогда поеду я. — Он с сомнением прошелся ладонью по пятнистой лошадиной спине. — Но не думаю, что он выдержит троих всадников.
— Получается, ты сможешь спасти только одного?
Ракша мрачно кивнул, и на минуту мы оба умолкли, глядя вслед разделившемуся надвое стаду мозгоедов. Спустя это время, потраченное впустую и лишь нагнавшее на нас обоих тоску, Ракша взобрался на коня и погнал его вправо. Я с трудом удержалась, чтобы не окликнуть его и не попросить поменять направление. Он, глубоко обеспокоенный состоянием Нертеры, не слышал тихой беседы разведчиков и не знал, кто из них какой путь выбрал, да и «право» было ближе к нам, чем «лево», и, отдавая приоритет именно ему, он выигрывал некоторое время… но я все равно хотела, чтобы в живых остался Ваху. Это явное предпочтение легло горой на мою совесть сразу, как выяснилось, что помочь можно лишь одному, и теперь не шло из головы, хотя толку от него не было никакого, ведь решать в любом случае было не мне. Возможно, Ракше в его неосведомленности даже повезло. Ему не нужно было делать выбор.
Обойдя здание с дальней стороны, я двинулась по следам Ваху. Монстры перемещались быстро, ведь на сей раз ими двигал голод — голод или какое-то иное сильное чувство, толкающее их на пожирание мозгов. Прежде они брели лениво и будто бы машинально, уклоняясь от воздействия модифицированного существа. Оно должно было находиться где-то рядом, так что я часто оглядывалась через плечо. Вскоре дорога исчезла из виду, роща сделалась одинаковой со всех сторон, и мне пришлось остановиться. Колонна мозгоедов скрылась за деревьями — я так и не смогла угнаться за ней, — а скитания в темноте без малейшей навигации были чреваты катастрофическими последствиями.
Не следовало напрашиваться в эту вылазку. Виреон был прав. Какую пользу мне удалось принести? Что я сделала, кроме как глупо отправилась среди ночи в лес? Последовать примеру Бадиса и Ваху у меня все равно не хватило бы духу, да и честности не хватило тоже, чтобы, подобно Софоре, остаться в безопасности. Не хватило непредвзятости, чтобы признать здравым спасение угрюмого сержанта вместо его добродушного товарища, не хватило выносливости, чтобы долго преследовать мозгоедов, а теперь не хватало и опыта, чтобы выбраться обратно к дороге. Донельзя разочарованная, я привалилась к стволу ближайшего дерева, чтобы перевести дыхание.
Нет, нельзя заранее настраивать себя на провал. Нужно успокоиться и пораскинуть мозгами еще раз, должен же быть хоть какой-то способ подсобить Ваху. Может, попробовать отвлечь монстров при помощи пистолета?..
Не успела я довести эту мысль до конца, как вдруг и сама услышала выстрел. Он грянул на удивление близко, хотя Ваху, по моим подсчетам, должен был обогнать меня как минимум на километр. Мозгоедов в округе тоже не наблюдалось, а они не могли просто бросить свою добычу и убраться восвояси — из всего этого следовало, что стрелявшим был кто-то другой.
Оторвавшись от дерева, я осторожно двинулась на звук.
— Вы никому не скажете! Никому!
Аксис был так бледен, что едва не светился в темноте. Волосы у него стояли дыбом, влажные от пота, правый глаз заплыл и покрылся синевой, а рука, державшая пистолет, ходила ходуном.
— Здесь полным-полно мозгоедов. У тебя даже глушитель не установлен, выстрелами ты только привлечешь их внимание.
Йора, в сторону которого и смотрело оружие Аксиса, тоже выглядел потрепанным. Униформа его была вся в грязи, из носа текла кровь — в попытках избавиться от нее, он лишь размазывал ее по щекам, отчего все его лицо вскоре приобрело пугающую расцветку. Подойдя ближе и удостоверившись, что глаза меня не обманывают, я застыла от изумления.