Голос Нертеры дрожал от слез благодарности, и вот она торопливо отвернулась, чтобы промокнуть глаза. Ракша бросился утешать и поздравлять ее, за ним с похожей целью последовал Ваху, и даже Мак, поколебавшись, пристроилась в конец этой очереди, чтобы сказать ей пару приятных слов. Казарма в один момент наполнилась шумом: как выяснилось, Йору слышали не только мы, и все, кто был хоть немного знаком с Нертерой лично, решили поддержать его речь одобрительными выкриками. Пространство между нашими кроватями очень быстро наводнилось разведчиками из других групп, стало жарко и оживленно — с трудом протиснувшись в коридор, я побрела на улицу. Мне не хотелось поздравлять Нертеру в такой суматохе, расталкивая других и ощущая их взбудораженное дыхание на своем затылке, и я решила отложить это до позднего вечера.
— Постой, Ванда.
Йора вышел из казармы сразу за мной. Вид у него был усталый, хотя, произнося речь, он таковым совсем не казался. Я охотно повернулась к нему, как никогда готовая к разговору, который по причине разных обстоятельств долгое время откладывался.
— Вы очень редко говорите хорошие слова, капитан, а жаль. У вас здорово получается.
— Пойдем со мной.
Офицерский дом на Бете был небольшим: первый этаж предназначался для высших чинов подразделения разведки, а второй занимали сотрудники научного отдела. Именно на втором этаже располагалась комната Виреона, и потому, проходя мимо, я с неосознанным напряжением покосилась на лестницу, будто он мог спуститься по ней прямо сейчас. Йора провел меня к дальней двери коридора, которая оказалась не заперта. За собой она скрывала обычную тесную клетушку с окном, выходящим на задний двор, дубовым угловым шкафом, шатким письменным столом, прилегающей к нему невысокой тумбой, парой табуретов и кроватью, чуть более широкой, чем у всех разведчиков в казарме. Сделав несколько неуверенных шагов вперед, я замерла. Йора же по-хозяйски приоткрыл окно, снял и бросил на кровать свою куртку, а затем внимательно посмотрел на меня, опустившись прямо на тумбу, которая, по всей видимости, была гораздо удобнее, чем стулья.
— Рассказывай, если готова.
— Я бы хотела на постоянной основе перейти под руководство капитана Габроната.
— Почему сразу не в гвардейцы? — иронически приподнял брови он.
— Поверхность нравится мне больше, чем Город. — Решив, что стоять столбом посреди комнаты несколько глупо, я все же присела на табурет. — Майор Крайт просил вас защищать меня, чтобы я могла спокойно добывать информацию о мозгоедах, — это было нужно на время, и мы с вами оба уже выполнили свои задачи. Больше незачем терпеть неудобства.
— Так тебе неудобно в моей группе?
— Нет, капитан. Просто я считаю, что от меня вам мало толку. Вы ведь и сами говорили, что я видящая, а не разведчик.
— Еще я говорил, что никогда не возьму тебя с собой в наземный город, — нетерпеливо отмахнулся он. — Времена меняются, Ванда, да и я порой ошибаюсь. Из нынешнего состава разведки тебя мало кто сможет заменить, так что давай уже опустим эти увертки и перейдем к настоящей причине.
Прижавшись боком к столу, чтобы обрести хоть какую-то опору, я повернулась в сторону окна. За ним уже вовсю сгущались дождливые сумерки.
— Мне стало сложнее контактировать с людьми. Мои способности несколько усилились, в связи с чем многие в группе испытывают определенные… опасения при общении со мной. Вряд ли они признаются вам, но я это вижу. Нет, между нами нет никаких конфликтов, но лучше мне все же будет остаться в караульной службе, где практически отсутствует тесное взаимодействие с другими разведчиками. Здесь, в прямом подчинении капитана Габроната, я смогу продолжить наблюдать за расширением наших территорий, за строительством новых домов и выходом людей на поверхность, а это приносит мне ни с чем не сравнимое удовольствие.
— Хорошо. Что-то еще?
Йора сохранил на лице прежнее бесстрастное выражение, однако руки его медленно скрестились на груди.
— Нет, капитан. Это все.
— Габронат одобрит запрос о твоем переводе без колебаний. Он очень хвалил мне вас с Нертерой.
— Рада слышать. — Я торопливо поднялась на ноги. — Разрешите идти?
— Вообще-то я надеялся, ты поподробнее расскажешь об упомянутом усилении твоих способностей.
— Все очень просто: теперь мне даже не приходится готовиться, чтобы погрузиться в чужие воспоминания. Я вижу их сразу же, при малейшем касании и не закрывая глаз.
— Значит, тогда, в госпитале, ты успела выяснить, что хотела? — спокойно спросил он.
— Нет. Не до конца. — Прерывисто вздохнув, я вновь присела на край стула. — Мне ужасно стыдно за тот случай, простите еще раз. Ребят очень интересовало, кого вы навещаете, когда спускаетесь в Город, и они предложили… нет, конечно, виноваты не они. Я сама решила это узнать.
— Честный ответ. — Йора вдруг протянул мне раскрытую ладонь, от которой я отшатнулась, будто она была острием сабли. — Что ж, всегда неприятно, когда тебя останавливают на полпути.
— Нет, капитан, что вы… зачем?