— Между нами нет никаких отношений. Ты назвал меня лгуньей и выгнал, помнишь? И даже когда спустя время перебрался на Бету, продолжил избегать встречи со мной.
— Да. Я злился, потом очень много думал, потом опять злился, но уже на себя. — Он поморщился, глядя в постепенно светлеющее небо. — Сейчас это неважно, Ванда. Ты сама сказала, что мы оба прокляты, а значит, нам в любом случае нужно держаться вместе. Лучше послушай, что я выяснил. Ирга об этом еще не знает…
— Ни о каком «вместе» не может больше идти и речи, — твердо оборвала его я. — Хорошо, что у тебя все складывается с карьерой, но я сейчас совсем не в настроении, так что отправляйся лучше досыпать, чтобы с утра у тебя были силы делиться своими открытиями с коллегами.
— Ванда, успокойся. Нам с тобой лучше не нервничать.
Я лишь снисходительно повела плечом и вновь повернулась в сторону казармы, зная заранее, что произойдет дальше. Чтобы задержать, Виреон просто обязан был коснуться меня. Я могла бы избежать этого, вовремя убрав руку, но не стала, и вот его воспоминания проникли в мою голову, подтверждая контакт. Наполненные болью, кровью, душераздирающими криками отца, умоляющего не трогать его сына, но не способного ничего предложить кредиторам взамен, — они вспыхнули у меня перед глазами буквально на секунду и сразу исчезли. Виреон отпустил мой локоть. Не оглядываясь на него, я застыла на месте, чтобы позволить ему высказаться, если он того пожелает, однако тишина у меня за спиной оставалась незыблемой. Виреон молчал, переваривая увиденные воспоминания, — мои воспоминания, среди которых просто не мог не оказаться Йора. Больше мы друг другу ничего так и не сказали.
— Где ты была?
Кровать Мак находилась через одну от моей — пройдя половину казармы и никого не разбудив, я была уверена, что останусь незамеченной до самого конца, но сестра все же подняла голову, едва на нее упала моя бесшумная тень.
— С Виреоном разговаривала.
— Всю ночь? — шепотом уточнила она.
— Да. — Я покосилась на похрапывающего между нами Ваху, которого сейчас явно не разбудила бы и пушка, и добавила: — Не слишком приятный получился разговор.
— Он так тебя и не простил?
— Дело не в этом. Просто мы упустили момент.
— Понятно. — Она поерзала на месте, а затем тихо бросила в потолок: — Ваху сказал, вчера от плесневой лихорадки в Городе погибло рекордное количество человек.
— Я попробую еще раз отпроситься у Габроната. Он войдет в положение.
— Разве мы с сегодняшнего дня не возвращаемся под руководство капитана Йоры?
— Да, точно… Мак, я немного посплю.
С головой накрывшись одеялом, я закрыла глаза. Разумеется, ни о каком сне на самом деле речи не шло: помимо того, что я не могла выбросить из головы Йору, теперь мне еще и было жаль Виреона, с которым я обошлась если не грубо, то по меньшей мере некрасиво, а заколотила последний гвоздь в крышку бессонницы новая статистика смертности от лихорадки, озвученная сестрой. Ничего не получалось: здоровье не покупалось за деньги, взаимность не вела к счастью, а общие трудности не гарантировали понимание; я будто выигрывала и проигрывала по всем фронтам одновременно, и во многом были виноваты способности видящей, доставшиеся мне от неизвестной женщины, которую я не желала себе даже представлять, не то что называть матерью. Наверное, она тоже сидела на грибах, раз погибла столь рано и не оставила после себя ни гроша. Добыть их, как выяснилось, было проще, чем нормальную еду, — этот бич Города с каждым годом все сильнее выкашивал его бедную половину населения, о чем я раньше даже не догадывалась. Если бы только Мак сразу рассказала мне, что он коснулся и семьи Грача…
— Ванда, проснись. — С меня вдруг стянули одеяло, и я, часто моргая, поняла, что все же умудрилась задремать. — Ты стонала.
Надо мной с обеспокоенным лицом стояла Нертера. На плечах ее красовались сержантские погоны.
— Я пропустила присвоение тебе нового звания! — охнула я, вскакивая с кровати и осматривая полупустую казарму. — Где все? Сколько времени?
— Двенадцать часов. Не волнуйся, тебя никто не искал, только капитан Йора, но я сказала ему, что ты плохо спала ночью.
— Спасибо. — Вымученно улыбнувшись, я принялась заправлять сбившуюся постель. — Получается, только я до сих пор не поздравила тебя как следует.
— Вот и нет, ты поздравила меня еще неделю назад. — Она шагнула вперед и с чувством обняла меня, не замечая, как я поморщилась, изо всех сил стараясь абстрагироваться от ее воспоминаний. — Несмотря на то что нас расформировывают, мы всегда…
— Подожди, что ты сказала? Нас расформировывают?
— Точно, тебя же не было на построении. — Нертера печально кивнула. — Капитан сказал, что мне уже сегодня дадут отряд, в который переведут и Ракшу, а вы с сестрой останетесь под руководством капитана Габроната. Только с Ваху еще не решили, как поступить…
— Прощаетесь?