— Дай нам один час, — обратился к Крайту Йора. — Мы вытащим еще несколько человек и заодно оценим обстановку. Может, Город еще удастся спасти.
— Сражаться с этими тварями в замкнутом пространстве не самая хорошая идея, а если предположить, что модифицированное существо постоянно перемещается, число их с каждой минутой только увеличивается. Нет, Йора.
— Ты основываешься на данных, предоставленных теми, кто видел мозгоедов только с дозорной башни. Они понятия не имеют, как с ними обращаться, — конечно, для них легче все взорвать.
— Молодой человек. — Судя по пренебрежительному взгляду, отец Ракши считал это обращение одним из самых унизительных, которые только мог себе позволить. — Вы действительно капитан разведки или просто украли у кого-то погоны? Руководитель Штаба ясно дал вам понять…
— Дома в северном районе располагаются совсем рядом с тоннелем, — не обращая на него внимания и глядя только на Крайта, продолжил Йора. — Мы сможем вывести еще как минимум тридцать-сорок человек.
— Согласен, — неожиданно поддержал его Гарна и протиснулся вперед, чтобы его, наконец, заметили все. — Даже если у нас не получится, жизни десяти разведчиков в рамках обрушившейся на нас катастрофы ничего не стоят. Шанс на спасение людей заслуживает этого риска.
— Гарна, — Гюрза кривовато улыбнулся, — не ожидал увидеть тебя вновь.
— Охотно верю.
— Отставить пререкания. — Повысив голос, Крайт строго осмотрел всех присутствующих. — Дело вовсе не в ваших жизнях. Задержка, о которой вы просите, может привести к прорыву мозгоедов на поверхность, а я не готов терять помимо Города еще и Альфу.
Гюрза заметно расслабился, поняв, что на сей раз руководитель Штаба не собирается потакать выходцам из своего любимого подразделения, и с умным видом покивал головой, подписываясь под каждым его словом. Нертера в отчаянии пнула ногой землю, Ваху неуверенно переглянулся с Бадисом, а Ракша колко покосился на отца, явно считая, что тот совершенно напрасно вмешивается в дела военных. Отсутствовала лишь Мак — она отделилась от нас еще до того, как мы зашли на территорию базы, растворилась в толпе спасшихся людей, и ее сломленный силуэт появился на пустынной улице только сейчас.
— Их нет, Ванда, — прошептала она, приблизившись. — Наши родители остались внизу.
— Вижу, вы уже все решили, майор. — Йора выпрямился и смерил Крайта прохладным взглядом. — Тогда взрывайте. Сразу после того, как я спущусь.
На мгновение перед входом в тоннель воцарилась тишина. Обернулись с удивлением охранявшие его гвардейцы, раззявил рот Гюрза, весь раскрасневшийся от возмущения, обреченно посмотрел в небо Ваху, которому не слишком-то хотелось посещать кишащий мозгоедами Город, заинтересованно приподнял брови Гарна… затем мгновенье скользнуло вперед, и Крайт шагнул к Йоре вплотную, чтобы кроме него и меня, намертво приросшей к его плечу, его слова больше никто не услышал.
— За это с тебя снимут погоны.
— Гюрза в любом случае не оставит меня на руководящей должности.
— Значит, ты решил, что тебе нечего терять?
— Почему же? — Йора покачал головой. — Есть, и я иду вниз, чтобы это сохранить.
Крайт раздосадовано поморщился и произнес еще тише:
— Не делай ситуацию еще сложнее. Ты ведь знаешь, как обстоят дела.
— Мы теряем время. — Гарна, которому явно не нравилось, что майор решает все вопросы только лишь с Йорой, смел с дороги застывших на месте гвардейцев и первым шагнул в тоннель.
Остановить его не попытались. Я проводила его широкую спину немигающим взглядом, пытаясь угадать, какой мотив побудил его поучаствовать в этой опасной авантюре. Ракша упоминал, что семьи у капитана Гарны не было, — казалось бы, зачем ему рваться в Город? Для чего так рисковать? Совсем иначе дело обстояло с Мак, не помнящей себя от страха за родителей. Она бросилась за ним, на ходу выпуская на волю саблю и постепенно растворяясь в черном лазе.
— Ты пытался играть по их правилам, но ничего не вышло, — так же тихо ответил Крайту Йора. — Ни тебя, ни меня уже не спасет этот последний акт послушания.
— Я все равно взорву проход в Город. — В ярких голубых глазах Крайта прорезался лед. — Если тебе не жаль своей жизни, подумай хотя бы о своих людях.
— Каких людях? Все уже давно ушли вперед меня.
Возле лаза, не считая нас с Йорой, и впрямь остался один лишь Ракша. Его за локоть держал отец, маленькие глаза которого так и готовились выскочить из орбит.
— Ты не отправишься с этим безумцем на смерть, — захлебываясь, хрипел он. — Я запрещаю тебе…
Былое величие покинуло его движения, с лица, треснув, сошла маска напускного спокойствия, однако именно благодаря этому я впервые увидела в нем человека, а не безымянного «председателя Штаба». Ракша поморщился, не зная, как аккуратно отстранить отца. Тесный контакт с ним явно был для него в новинку; возможно, когда-то в подростковом возрасте он мечтал о нем, потому и рвался всегда в первые ряды, лишь бы заслужить внимание скупого на похвалу родителя, но теперь подобные проявления чувств вызывали у него исключительно смущение и ничего больше.