Ответь ему я не успела. Мы как раз выбрались на хорошо просматриваемый со всех сторон широкий проспект, когда подряд, с разницей буквально в пару секунд, произошли сразу несколько знаменательных событий.
— Я нашел ее, капитан! Эй, Ванда!
Радостный голос Ракши разрезал глухую тишину, которая, казалось, затянула улицы Города навсегда. Только сейчас я осознала, что до сих пор не отзвучал обещанный Крайтом взрыв, и механически обернулась на зов, а сразу за мной, не удержавшись от любопытства, точно так же обернулся и Виреон. Ресницы на его глазах дрогнули — он приподнял их буквально на мгновение, на мгновение потерял контроль, забывшись или подсознательно надеясь погасить очередной яркий огонь, неожиданно выскользнувший из темноты.
Затем раздался выстрел.
Пальцы Виреона, прежде крепко сжимавшие мою ладонь, расслабились. Лицом вниз он упал на холодный камень, а вместе с ним, с другой стороны дороги, упал и Ракша, будто их прошило одной пулей.
— Нет!
Я медленно опустила взгляд, ощущая, как расплывается в ушах пронзительный крик сестры. Как он и все остальные звуки превращаются в назойливый, нестерпимый звон. Свежая кровь, растекающаяся по земле вокруг Виреона, была самой обычной, ни цветом, ни консистенцией не отличающейся от человеческой. Невидимый стрелок попал ему точно в голову, однако сделал это на долю секунды позднее, чем тот успел встретиться глазами с Ракшей.
— Голова… горит…
Мак, не задерживаясь, пронеслась мимо меня, и только тогда я с трудом подняла голову, чтобы увидеть ее, Бадиса и Ваху, в немом ужасе застывших над еще живым Ракшей. Разумеется, его вовсе не задело пулей, как мне показалось изначально. Он готовился превратиться в мозгоеда.
— Потерпи, гвардеец. — Ваху положил руку на лоб задыхающегося от боли товарища и нервно покосился через плечо. — Что делать, а?! Может, вырубить его, чтобы замедлить процесс?
— Не поможет.
Йора, вышедший на проспект последним, держал в ладони пистолет Гарны. В Виреона, без сомнений, выстрелил именно он, потому что ни у кого другого огнестрельного оружия больше не было.
— Капитан… — прохрипел Ракша, чьи глаза стремительно наливались кровью. — Простите, я посмотрел…
— Тихо, малыш. — Отстранив по-прежнему что-то причитающую и всхлипывающую Мак, Йора опустился рядом с ним на колени. — Ты ни в чем не виноват. Скоро все пройдет, ты только…
Он запнулся, потому что Ракша начал громко, судорожно стонать. Я слышала похожие звуки так часто, что могла подсчитать по секундам, сколько ему осталось. Мак расплакалась еще сильнее и отвернулась, не в силах смотреть на его мучения, за ее плечом болезненно поморщился Ваху, а Йора вновь поднял пистолет. И застыл с ним.
Прежде мне не доводилось видеть его сомневающимся, и, кажется, никому из здесь присутствующих не доводилось. Нечто подобное он наверняка испытывал много лет назад, когда на его глазах в мозгоеда превратилась последняя выжившая разведчица из его отряда.
— Давайте я сделаю это, капитан, — тихо предложил Бадис.
— Нет. Возьми Ванду, и отправляйтесь к тоннелю, мы и так задержались. Всех касается!
Вздрогнув от его окрика, Ваху поймал Мак за запястье и потащил прочь от извивающегося на земле Ракши. Я увидела, как сестра принялась отчаянно сопротивляться и даже попыталась укусить его, чтобы высвободиться, однако Ваху тотчас влепил ей крепкую оплеуху, приводя в чувство. Увидела, как на щеке Йоры блеснуло нечто маленькое и одинокое, что он очень быстро стер, увидела, как Бадис, прежде чем подойти ко мне, обезглавил выскочившего на шум мозгоеда, а затем вновь опустила взгляд. Раздался второй выстрел. Его могло оказаться недостаточно, ведь Ракша уже практически не являлся человеком, но Йора хотел, чтобы он ушел, как человек, а потому не стал рубить ему голову.
Я неподвижно стояла посреди дороги, где слева от меня находились разведчики, а справа лежал мертвый Виреон, до которого никому вокруг уже не было дела. Меня разрывало на части от горя, но я продолжала стоять, мечтая о том, чтобы пещера прямо сейчас обрушилась на мою голову, и я навсегда осталась с ними двумя, ровно на этом месте.
— Зачем… вы должны были покинуть Город…
— Можешь идти? Нет? Залезай на меня.
— Зачем ты сказал им, Бадис? — еле связывая слова, выдавила я.
Он встал спереди и потянул меня за руки, вынуждая взобраться на его спину.
— Ты отказалась возвращаться на поверхность, чтобы уберечь нас, а значит, Ваху был прав. Ты — часть нашей группы.