– Уж не хочешь ли ты сказать, тётушка, что ваш председатель за пару дней сколотил здесь преступную группировку? – не скрывая сарказма, поинтересовался министр. – На вид – милый интеллигент, а на поверку – отпетый гангстер?
– Никакой он не гангстер, – упёршись лапами в бока, приняла воинственную позу барсучиха. – Не передёргивай. И вообще, я не верю, что Шишкина могла связаться с председателем втихаря. Какой в этом смысл?
– Хватит гадать. Давайте узнаем обо всём от самого Копыткина, – сказал Зубери. – Есть факт, что белка с попутчиком направились именно в ту сторону, где находится «Синий мангуст». Только… – Он кивнул в сторону фанатов, которые радостно разбивали вдоль шоссе палаточный городок, – сначала избавимся от шумового оформления. Агу, сделай милость, одолжи личный вертолёт. Через пару часов твою «стрекозу» пригонят обратно в целости и сохранности.
– Конечно, бери и можешь с возвратом не торопиться, – не скрывая облегчения, оживился леопард. – А с ними как быть? – уточнил он насчёт фанатов, которые уныло бродили по краю рва.
– Узнают, что мы сбежали, уйдут сами, – заверил его Зубери.
Вскоре после этого разговора миниатюрный вертолёт с министром, Стрелкой и тётушкой Брошкой на борту приземлился на специально оборудованной площадке на крыше отеля.
Зубери без особой необходимости не любил предупреждать о своём прибытии. «Стрекоза» с местными номерами не вызвала у охранников подозрения. Постояльцы отеля часто пользовались вертолётами как такси.
Маленькая компания спустилась к центральному входу. Министр заглянул в окно. Посетителей в холле не было. Администратор заяц раскладывал на компьютере пасьянс. Пара гусей-охранников клевала носами. Швейцар мини-пиг крутился, как юла, пытаясь дотянуться рылом до своего хвостика.
– Нужно незаметно пройти до номера Копыткина, – шепнул Зубери тётушке. – Иначе, если Шишкина тут, их успеют предупредить. Помню, ты гипнозом неплохо владеешь.
– Давненько я танец горностая не исполняла, – с энтузиазмом отозвалась Брошка. – Хорошо. Жди. Как только звери замрут – топай к лифту.
Услышав странные шорохи, заяц повернулся в сторону входа в отель. Прозрачные автоматические двери отползли в стороны и остановились.
– Ой, – удивлённо вымолвил администратор.
В дверном проёме на корточках сидела барсучиха. Её вытянутую полосатую морду искажала умильная, но не добродушная, а какая-то злорадная ухмылка. Глаза возбуждённо горели.
Незнакомка сморщила нос, озорно подмигнула изумлённому администратору и хлопнула в ладоши:
– Раз, два, три, четыре, пять – всем приказываю спать!
Затем барсучиха потянула кверху шею. Следом, словно гуттаперчевое, стало вытягиваться туловище. Оно становилось всё длиннее и длиннее, пока не превратилось в пушистый столбик, с которого ладошками вниз свешивались лапы.
– Она, кажется, сумасшедшая! – охваченный ужасом, пискнул заяц, – вызывайте о…
Договорить он не успел, потому что язык перестал слушаться. Бедняга словно одеревенел. Лапы налились тяжестью, будто к ним привесили по пудовой гире… А барсучиха принялась, как маятник, раскачиваться всем туловищем: вправо-влево, влево-вправо… Тик-так, тик-так…
Вслед за ней, вписавшись в ритм, стали раскачиваться гуси. Мини-пиг попробовал отвести глаза, но не смог, словно невидимая сила приковала их к телу Брошки. А барсучиха продолжала отжигать. Лихо, по-цыгански, передёрнула плечами. Вытянула шею, втянула, вытянула-втянула. Перекатилась через порог, улеглась на пушистом ковре кверху брюхом. На миг застыла… Но только на миг! Уже в следующее мгновение, не дав зрителям опомниться, Брошка легко подпрыгнула, сотворила в воздухе кульбит, приземлилась на задние лапы и начала извиваться всем своим сильным массивным корпусом. Потом перекувырнулась, проползла несколько метров, выгнулась пружиной и, набирая скорость, покатилась по вестибюлю…
Восемь пар глаз, не отрываясь, следили за каждым па танцовщицы. Убедившись, что все четверо сотрудников гостиницы впали в транс, Зубери спокойно прошёл на ресепшен, снял со стенда ключ от номера 315 и направился к лифту, бросив на ходу тётушке:
– Браво!
Тяжело дыша, Брошка наконец остановилась. Через несколько минут она подошла к застывшему в неестественной позе зайчику, звонко щёлкнула пальцами у него перед носом и скомандовала:
– Просыпайся, косой!
Пока Брошка исполняла фирменный «танец смерти», а потом выводила зверей из транса, медоед и Стрелка дошли до номера Копыткина. Сначала они постучали. Никто не отозвался. Зубери подёргал за ручку. Снова тишина. Тогда министр отпер дверь.
Медоед и медоуказчик вошли внутрь. Там царил образцовый порядок. Чувствовалась умелая рука вымуштрованной горничной, зато ничего не указывало на характер или индивидуальность постояльца.
Зубери, привычный к пребыванию в гостиницах, прошёлся по спальням, провёл салфеткой по туалетным столикам, заглянул в шкафы, отодвинул ящики комодов и определил, что олень не появлялся здесь больше суток.
– Откуда такая уверенность? – удивилась птичка.
