– Только дикари, – говорит Эйот, продолжив забивать гвозди в люк. – Потому что там нет пищи. Во льдах не растут ни злаки, ни овощи. Они питаются только рыбой и птицей, и едят их сырыми, как поймают. А если другого мяса не добудут, то и человечиной.
– Человечиной! – Глаза Томаса вылезают из орбит.
– Там нет пресной воды, – продолжает Коллинз. – Они сосут лед. Вместо лошадей используют волков. Свирепых белых волков, которые убивают одним взглядом. Они их запрягают в упряжку, как мы волов.
– А где они живут? – спрашиваю я. – У них есть дома?
Коллинз смотрит в сторону. Он ни за что не ответит мне и даже не признает, что я о чем-то спрашивала. Как большинство моряков, он убежден, что женщина на корабле – к беде. Что мы злим море своими женственными формами.
Поэтому он поворачивается к Джону, как будто это он задал вопрос.
– Они живут в шатрах из тюленьей кожи, потому что там не растут деревья, которые можно было бы срубить на постройку.
– Звучит страшно, – говорит Джон неестественно высоким голосом, – но скоро север останется позади. Генерал говорит, через несколько недель мы обогнем вершину Америки и попадем в более теплые воды.
Эйот недоверчиво фыркает.
– Ага, если не кончим как Уиллоуби, – бормочет Коллинз.
– А кто такой Уиллоуби? – спрашивает Томас.
Эйот вбивает последний гвоздь.
– Он отправился искать Северо-Восточный морской путь… двадцать лет назад.
– Где он находится? – спрашиваю я.
Эйот не собирается делать вид, что меня здесь нет. Он старше Коллинза. И не так суеверен.
– На севере Московии. Корабль Уиллоуби во время бури отстал от флота. Остальные корабли вернулись домой без него. Считалось, что он погиб в море.
– И это правда? – спрашивает Томас. – Все утонули?
– Хуже. Любой мореплаватель готов к смерти в морской пучине. Утопление не самая плохая смерть, быстрая и безболезненная. Но то, что случилось с ними, – он присвистывает. – Прошел целый год, прежде чем пришло известие от двора в Московии.
Коллинз делает паузу, наслаждаясь нашим нетерпеливым ожиданием, чтобы он продолжал.
– Когда пришла весна, купцы снова поплыли на север. И обнаружили корабль Уиллоуби, намертво затертый во льдах. А вся команда… Все люди на борту замерзли в той позе, в которой их застала смерть: лежа в кровати, сидя за столом. Один, с бортовым журналом перед ним, так и замер на полуслове. Все они превратились в ледяные статуи с открытыми глазами, которые ничего не увидят до Судного дня.
Я читаю, когда позже в каюту приходит Диего. Но не «Книгу мучеников», она слишком ужасна, а книгу по навигации из собрания генерала.
– Почему мы идем на север? – Я поднимаю взгляд от книги на коленях. – Зачем направляемся в этот негостеприимный край?
– Чтобы найти проход в Англию, – хмурится он. – Я же тебе говорил. Тогда он сможет приходить и изводить испанцев, когда захочет. Южные проливы для нас теперь напрочь закрыты, испанцы укрепят их.
Он открывает морской сундук генерала и достает нижнюю льняную рубаху. Сидя на корточках, снимает куртку и рубашку, чтобы надеть ее под них. Даже Диего начинает мерзнуть.
– Но почему не на юго-запад? – Он встает, и я вижу, как низко на бедрах сидят его бриджи, как убегает вниз от живота дорожка волос.
– Там ничего нет.
– Там неизвестная земля. – Я вожу глазами по строчкам, но смысл прочитанного ускользает. – «Terra Australis».
– Пустынные земли, – усмехается он. – Никакой поживы. Ни серебра, ни специй.
– А Хуан Фернандес говорит иное. По его словам, это благодатная земля.
– Хуан Фернандес?
– Волшебник Тихого океана. В Чили он герой. Он открыл эту землю.
Диего поддергивает бриджи и подвязывает их бечевкой, завязав концы морским узлом.
– Тогда почему испанцы не объявили ее своей территорией?
– Ему не разрешают вернуться. Потому что он отплыл без разрешения вице-короля. А кроме него никто не знает, где она находится.
– Ты много о ней знаешь, – Диего подходит ко мне. – Откуда? Вычитала в книге?
Он захлопывает книгу, лежащую у меня на коленях, но я заложила пальцем место, где сейчас читаю.
– Она есть на карте, – пожимаю я плечами. – Ты ее видел. Почему бы не отправиться в Англию этим путем? Найдите неизвестную землю. Заберите под власть английской короны. Так вы избежите похода в область льдов.
Помедлив, Диего спрашивает:
– А ты знаешь, – и уголки рта у него подергиваются, потому что он сдерживает улыбку, – что случилось с последним человеком, который предложил генералу отказаться от поисков прохода?
– Не знаю, – коротко отвечаю я. Палец, прищемленный сокрушительным весом книги, болит.
– Он отрубил ему голову. Точнее, заставил боцмана обезглавить предателя.
И Диего улыбается.
– И не смотри так! Приговор был справедливым. Сорок человек присяжных признали его виновным.
Клянусь Девой на небесах, из сорока разбойников выйдет отличное жюри!
