Его глаза сияют, отражая пламя костра. Я с тревогой смотрю на Диего.
Моряки недоумевают. В воздухе повисает напряженная тишина.
– Я оставлю вам оружие, – кивает генерал, расхаживая взад и вперед. – Семена на посев для следующего урожая. Бочки для хранения воды и все необходимое. И вернусь в течение года. С припасами, солдатами и большим количеством мужчин – и женщин тоже, потому что это будет наша первая колония в Новом Свете, одна из многих последующих. Велика будет слава первооткрывателей, которые заселят эту страну во имя нашей монархини, королевы Елизаветы!
Один из моряков пошевелился, привлекая внимание.
– Какова награда? – это Блэколлер.
– Королева вознаградит вас. Каждый колонист получит долю сокровищ, захваченных флотом, который пройдет через северный проход и разорит земли испанцев на юге.
По рядам пробегает ропот. «Проклятье!», «Кровь Господня!», «Да провались он к дьяволу, этот проход!»
Кэри встает.
– Но, мой генерал, ведь прохода не существует!
– Конечно же существует, – небрежно отмахивается от него генерал. – Да, на этот раз мы его не нашли, но, поскольку на юге есть проливы, здесь тоже должен быть проход. Я вернусь и найду его следующим летом, когда растают льды.
Моряки бормочут и ворочаются на своих одеялах. Огонь потрескивает и плюется искрами, взлетающими в небо.
Английская колония – здесь! Это полностью разрушит жизнь местных жителей. Испанцы с юга тоже потянутся сюда, когда узнают о новой земле. И тогда ее ждет судьба Гвинеи и Новой Испании, Огненной Земли и Перу. Мужчины окажутся в шахтах и на виселицах. Их станут продавать на рынках в железных клетках. Сюда явятся тысячи пайков, чтобы изнасиловать тысячи детей.
Диего косится на моряков, злясь на них за отсутствие преданности и энтузиазма.
– Нужно сорок человек, – продолжает генерал. – Это минимум, необходимый для основания колонии и выполнения работ: строительства, посева и сбора урожая. Кроме того, уменьшение количества людей на борту позволит нам взять больше провизии для тех, кто отправится через океан.
Мужчины смотрят друг на друга и в землю. Никто не желает встречаться взглядом с генералом. Никто из них не хочет оставаться.
– Флетчер! – умоляет генерал. – Вот он, твой шанс обратить язычников. Привести их ко Христу!
– Да! И умереть в первую же зиму! – в ярости возражает ему Флетчер.
Генерал хмурится.
– Ты, Даути! – зовет он брата предателя. – Останься и сотри позор со своего имени, которым его запятнал твой брат!
Глаза Даути вспыхивают, он смотрит в костер, но молчит.
Моряки начинают гневно спорить, выкрикивая имена друг друга. Колонии нужен кузнец. Потребуются плотники, пушкари для защиты. Никто не предлагает себя. Генерал смотрит на них с недоверчивым изумлением.
– Пусть остаются те, – орет Коллинз, – кто не хочет возвращаться в
Не так я думала остаться здесь. Я бы хотела, чтобы все они уплыли.
– Ну же, джентльмены! – Генерал больше не улыбается, на лице его написана тревога. – Неужели никто не останется, чтобы основать колонию? Хотя бы ради меня, если не ради королевы.
Полная тишина. Потрескивает костер. Море накатывает на берег.
А затем с берега доносится голос, который я надеялась никогда больше не услышать. Ворота захлопываются, и все поворачиваются к нему.
– Оставаться здесь небезопасно! – кричит Пайк. – Только если мы вырежем всех индейцев до последнего.
Он хромает к костру, морщась при каждом шаге, восемьдесят пар глаз устремлены на него.
– Это дьяволы, а не люди! – машет он на пригорок. – Рядом с ними колонию основать не получится.
Путана ди дио, теперь я обеими руками за то, чтобы остаться.
– Где ты был? – спрашивает Кэри.
– На меня напали! – рявкает Пайк. Свет костра падает на него, и я вижу, что штаны на нем черны от крови. – Сумасшедшая. Индейская ведьма.
Мужчины ругаются и кричат.
– К оружию! Никакой пощады дикарям! – Они в восторге оттого, что Пайк так своевременно отвлек внимание на себя.
– Так тебя одолела женщина? – издевается Диего.
– Их было двое, – рычит Пайк, поворачиваясь ко мне.
– А что ты сделал, Пайк, – тихо спрашивает генерал, – чтобы их спровоцировать?
– Ничего, – отвечает Пайк. – Спроси у своей шлюхи. – Он тычет в меня пальцем и сверлит тяжелым взглядом, побуждая рассказать, что он сделал. – Она была там!
Стоит ли рассказать генералу, как Пайк обошелся с девочкой? Я обдумываю эту мысль. Но для них языческое дитя ничего не значит, я это прекрасно понимаю. В ответ Пайк расскажет генералу, что я жду ребенка. И все же они могут отправиться в деревню с заряженными ружьями и уничтожить там всех за считаные минуты. Мой мозг полыхает и плюется искрами, как костер. Мысли теснятся в голове, и ни на одной я не могу сосредоточиться.
Мой взгляд падает на Даути-младшего. Тот сидит с прямой спиной, глядя в огонь. Нет ничего, на что бы не пошел генерал ради своей миссии, и он это уже доказал.
