– Значит, что-то ее напугало, – кивнул я. – В сериале «Закон и порядок» похищение зафиксировала бы одна из этих камер. И не нужно на меня так смотреть, я прекрасно понимаю: если что-то и произошло, то не здесь, а в ванной. Там же нет камер, верно?
– Дай мне пораскинуть мозгами.
Взяв ноутбук, Джон уселся за компьютерный столик.
– Может, ей удалось засечь кого-то в коридоре? – предположил я.
Снова это чувство, этот тихий сигнал тревоги где-то в задней части головы – словно ты собрался в отпуск и вспомнил, что забыл дома что-то важное.
И что? Я засунул руки в карманы и стал бродить по комнате, размышляя о том, как из-за наших действий накроется медным тазом работа прокуратуры, если, несмотря на летающую медузу, окажется, что это обычное похищение и убийство. Добро пожаловать в Неназванный.
В кармане я нащупал какой-то ключ, который, очевидно, слетел с брелока. Другой рукой я пригладил волосы, которые, высыхая, превращались в огромную косматую шапку.
– Сейчас в городе где-нибудь продают красный «Маунтин дью»? Я сегодня выпил немного: похоже на расплавленные вишневые леденцы, к которым подмешали крэк. Не помнишь, магазинчик на Лексингтон-авеню работает круглосуточно?
Джон не слушал меня – он уткнулся в экран ноутбука.
Во рту у меня пересохло – наверное, из-за переизбытка кофеина. Я заглянул через плечо Джона и увидел в верхней части экрана предложение «МОЯ КОШКА НАПИСАЛА НА ПОСТЕЛЬ». Далее следовала серия обрывочных фраз, и каждая начиналась с имени в скобках. Знакомый формат.
Я резко выпрямился.
От этой мысли я скорчился, как от удара молотком по яйцам. Джон посмотрел на меня, и я внезапно почувствовал себя голым. Я попытался вспомнить, как веду себя, когда спокоен и ни в чем не виноват, – однако испортил весь эффект, вытащив руку из кармана и увидев, что у меня в кулаке.
Ключ от сарая.
Обычно он висит на гвозде у задней двери. Обычно я его с собой не ношу.
Я поднял вверх палец, словно говоря «У меня идея», и произнес:
– Погоди.
Взгляд Джона обжег меня, словно обогреватель. Я понятия не имел, что скажу дальше.
– Нам… нам пока следует остановиться.
– Угу. А почему?
– Потому что будет лучше, если… Слушай, у нас же есть свидетель, который видел эту штуку?
– Свидетель?
– Ну да, он ее видел – медузу, то есть. Я вот что хочу сказать: мы тут валяем дурака с компьютерами, а ведь эта тварь может свалить отсюда в любой момент. А ноутбук от нас никуда не денется.
– Думаешь, она умеет говорить? – спросил Джон, бросив взгляд в коридор.
Я посмотрел ему прямо в глаза.
– Ты заставишь ее говорить, хочет она того или нет.
– Мне понадобится тостер, – заметил Джон, задумчиво почесав подбородок.
– Тостер есть на кухне. Отдай мне ноутбук и выбей информацию из этой скользкой твари.
Решительным шагом Джон вышел из комнаты: перед ним была новая цель. Я сел на его место.
В качестве обоев на рабочем столе ноутбука висела фотография Орландо Блума в костюме персонажа из фильма «Властелин колец». Я подождал, пока Джон затопает по лестнице, и начал быстро открывать папки. На лбу выступила испарина, сердце колотилось о грудину, колени тряслись.
В конце концов я нашел папку, полную маленьких значков, которые разворачивались в зернистые снимки, сделанные камерами. Я щелкнул по одному, увидел тусклое изображение комочка, крепко спящего под одеялом. Другой снимок – то же самое. Третий – пустая кровать. Четвертый – снова комочек. В папке лежали сотни снимков.
Я оказался в тупике: заметать следы, удаляя изображения, не хотелось. Если бы вдруг выяснилось, что преступник – я, то в тот момент я твердо намеревался сообщить об этом Джону. Однако надо, чтобы инициатива исходила от меня. Требовалось время, чтобы во всем разобраться, обработать информацию, обрести контроль над ситуацией. Нужна свобода выбора.
Я вырезал всю папку со снимками и переместил ее в самый дальний угол жесткого диска – в подпапку, которая находилась внутри подпапки, которая находилась внутри подпапки, которая находилась внутри подпапки с драйверами принтера. Я закрыл компьютер и вскочил со стула, внезапно превратившись в нервный комок энергии.
