Высоко над вершинами гор иногда появляются небольшие золотистые облачка, которые легко подхватывает ветер и плавно несет к восточным берегам озера, но вскоре рассеивает их над Байкальской впадиной. И только вдали, за озером, над длинной грядой баргузинских вершин уже висят неизбежные, давно знакомые нам кучевые облака, сегодня крутые и плотные, как белый каракуль.
И больше нигде, ни в одном уголке непостижимо громадного небосвода ничто не нарушает стозвучную гармонию синего цвета — от почти белесого у самого горизонта до густо-синего в зените. Озеро отражает цвет неба в зените и поэтому кажется чрезвычайно ярким, несравненно более ярким, чем небо у горизонта. Оно такое же синее, как лепестки аквилегий.
Наша легкая и быстрая моторная лодка свободно рассекает воду. Озеро сегодня очень спокойно; мы хорошо видим, как вокруг носа лодки возникает на воде множество слабых всплесков, напоминающих волны от лопающихся пузырьков воздуха. Может показаться, что эти всплески рождаются брызгами от двух стремительных и высоких носовых гребней, падающих вдоль бортов. Но только при внимательном наблюдении за этими блестящими концентрическими бороздками нам удалось понять причину их появления.
Крошечные живые существа, невидимые из лодки простым глазом, сотнями бросаются врассыпную при нашем приближении, У нас в отряде нет ни одного гидробиолога, и мы до сих пор не знаем, к какой группе животного царства принадлежат эти загадочные организмы. Они покрывают поверхность озера на большом протяжении.
Впереди виден высокий скалистый мыс Цаган-Марян. Восторженные рассказы о нем, как об одном из живописнейших уголков Байкала, мы слышали еще задолго до нашего путешествия. Где-то здесь, в скалистых, отвесных берегах, в районе одного из немногих, не потерявших своего былого значения тюленьих лежбищ, находится пещера, известная среди местных охотников и рыбаков. В период высокого уровня воды в эту пещеру будто бы забираются нерпы, где их подкарауливают и ловят охотники, перегораживая выход из пещеры прочной сетью.
Наше внимание привлекло небольшое стадо тюленей. Звери держатся кучкой впереди нас и явно направляются к ближайшему мысу, где, по-видимому, собираются совершить вылазку на прибрежные камни.
Лодка вылетает на то место, где только что плавало стадо нерп, но все головки моментально исчезают под водой. Через несколько секунд вокруг лодки появились крупные темные звери, но, увидев нас, мгновенно исчезли снова, круто изгибая широкие блестящие спины. Когда это место остается далеко позади, тюлени снова собираются в стадо, и нам еще долго хорошо видны их лоснящиеся на солнце головы, черные и круглые, как шары.
Цаган-Марян уже совсем близко. Живописность этих безлюдных мест, подчеркнутая прекрасной погодой и нашим превосходным настроением, кажется неповторимой.
Высокая, обрамленная лесом скала почти отвесно обрывается в озеро. У ее подножия лежат огромные глыбы камня, гладко обточенные прибоем. Скалы и камни во всех направлениях иссечены множеством больших и малых трещин, местами зияющих в виде глубоких ниш. Между скалистыми мысами плавно врезаются в сушу несколько удобных для стоянки бухточек с берегами, сложенными мелкой галькой. Уже потом, высадившись на берег, мы обнаруживаем, что среди круглых и плоских камешков встречаются белые и розовые зерна кварца, искусно отполированные водой.
Внезапно из-под скалы выскакивает выводок крохалят, в котором всего четыре утенка. Быстро и шумно хлопая крыльями, крохалята бросаются в разные стороны. Два из них устремляются к центру озера, оставляя за собой на воде длинные полосы из пузырей воздуха, два других подплывают к камням и скрываются под водой в расселинах скал.
Это выводок большого крохаля. В северном Прибайкалье помимо большого крохаля гнездится длинноклювый крохаль и изредка встречается крохаль луток. Правда, лутки найдены нами только в широких межгорных впадинах в поймах крупных рек. На берегах же Байкала чаще встречаются выводки длинноклювого крохаля, в то время как большой крохаль, обычный здесь на весеннем пролете, летом попадается значительно реже.
Желая выяснить, куда могли исчезнуть утята, мы подъезжаем вплотную к скале и вдруг видим ту самую знаменитую пещеру, о которой так много слышали раньше. В камнях выбита волноприбоем просторная ниша, которая через четыре метра от входа превращается в узкую щель. Затем пещера снова расширяется и идет в глубину еще на четыре метра, имея здесь около метра в ширину. Высота этого туннелеобразного прохода вполне достаточна для того, чтобы в нем мог свободно поместиться человек.
