Упорный бой шел по всему фронту бригады. Внимание Александра было приковано к дороге, к роте Щетинина, куда с такой яростью рвались немцы. Он видел, как танки Захара разбили батареи легких пушек и теперь хладнокровно расстреливали бронетранспортеры. И сразу что-то разладилось в наступательном механизме немцев; исчезла уверенность, роты залегли. Александр ожидал, что именно сейчас наступит перелом и атака фашистов захлебнется, разобьется о стойкость партизан, но на той стороне командиры тоже это поняли, ввели в бой свежий батальон и вызвали эскадрилью Ю-87.
Александр смотрел на самолеты с тихой яростью, сознавая свое бессилие перед ними и в то же время не испытывая чувства обреченности: война научила его стойко переносить неудачи.
Бомбы, сброшенные с ведущего, вздыбили целую стену земли и дыма. Следом ухнули другие бомбы, и, когда из пикирования выходил последний самолет, немецкие автоматчики дружно поднялись и ворвались в траншею роты Щетинина. Они хлынули в нее, как вода, прорвавшая плотину, и над бруствером замелькали приклады автоматов и винтовок. Отбиваясь, десантники начали отступать, Александр дал красную ракету.
Те напряженные и драматические минуты, в течение которых две роты, ведомые Ямрыжко, преодолевали расстояние до переднего края, показались Александру часами. Но вот мощное «ура» прорвалось сквозь грохот боя, и партизанская цепь в шестьсот человек неудержимо выкатилась на перевал. Впереди, пригнувшись, бежал Ямрыжко, бежал, не оборачиваясь, уверенный, что товарищи не отстанут от него.
Роты быстро сближались с наступавшими фашистами. В их движении было столько решимости и дерзости, жажды боя и победы, что ряды немцев заколебались. Офицеры звали за собой солдат, но те не двигались с места, палили из автоматов, пытаясь огнем остановить надвигавшуюся цепь. Но сделать это уже было невозможно, и она врезалась в ряды немцев, сломалась, распалась на группы, партизанские пестрые куртки и рубахи смешались с зелено-серыми мундирами. В этой дикой толчее Александр не мог понять, чья берет и, опасаясь как бы контратака не захлебнулась, крикнул телефонисту:
— С какой ротой есть связь?
— Только с ротой Горана.
Он схватил трубку.
— Горан, слышите меня?
— Так точно.
— Поднимайте свою роту в атаку, ударьте фашистам во фланг.
Оставив окопы, с опушки леса бросилась вперед рота Горана и одновременно с ней с каменной гряды устремились вниз венгерская и французская роты. И немцы дрогнули, сначала попятились, потом побежали по скату горы...
Александр выслушал доклады командиров рот, потом говорил с Неустроевым.
— Сюда прибыли два партизанских отряда, человек триста. Просятся в дело, — доложил начальник штаба.
— Пусть пока подождут, у них работа впереди. Размести отряды во втором эшелоне.
В четырнадцать часов после сильной артиллерийской и авиационной подготовки фашисты сбили бригаду с занимаемых рубежей. Ведя ближний бой, партизаны отступали под прикрытием огня минометов и танков. Батарея Исаева, расстреляв весь запас снарядов, сняла с орудий замки и отошла.
Александр с разведчиками и связистами оставил свой наблюдательный пункт, когда к нему прорвались вражеские автоматчики, и уходил с остатками роты Щетинина. Он видел, что немцы всеми силами стремятся разорвать боевые порядки бригады, расчленить и уничтожить ее по частям.
Александр знал, что у него за спиной есть еще один надежный оборонительный рубеж. Роты отошли на него и прочно закрепились. Справа и слева, прикрыв фланги бригады, окопались батальоны словацкой повстанческой армии. Здесь и нашел свою бригаду Петр Волчков, вернувшись из Банска-Бистрицы.
«20.9.44. 22.00.
Украинский штаб партизанского движения.
Строкачу.
Бригада в течение двадцати дней ведет тяжелые бои с наступающими частями противника, который во все возрастающих масштабах применяет артиллерию, минометы, бронетранспортеры, авиацию. Мы испытываем острый недостаток в вооружении, боеприпасах. По поступившим данным немецкое командование перебрасывает в Словакию танковую дивизию. Не исключено, что в ближайшее время перед фронтом бригады появятся танки. Просим прислать противотанковые ружья и, если представится возможность, батарею противотанковых орудий.
Волчков, Морозов».
«22.9.44. 3.00.
Волчкову, Морозову.
Сегодня к 24 часам в район Рогозно вышлите транспорт для приема боеприпасов и противотанковых ружей. Груз будет сброшен на парашютах с транспортного самолета. Вопрос о противотанковой батарее решается.
Строкач».
