Было обидно, что Максим так и не дал мне договорить. Но ведь он прав, лишнего времени у меня нет. Я повернулась, чтобы попрощаться с начальником, но в этот момент он сам уселся рядом.
— Вы что? Тоже едете? — недоверчиво уточнила я.
— Конечно. Дело серьезное. Может понадобиться моя помощь.
— Спасибо вам…
— Кончай меня благодарить. Ты тоже немало сделала для меня в эти месяцы.
До Тулы мы ехали молча. Я была погружена в собственные неутешительные мысли, снедаемая страхом за отца; Максим не решался меня тревожить; Дмитрий сосредоточено вел автомобиль. Только подъезжая к больнице, адрес которой скинула через СМС мама, босс вдруг нарушил молчание:
— Сейчас мы узнаем, как твой отец и можно ли его транспортировать, — серьезно сказал он и в первый раз за всю дорогу посмотрел в мою сторону.
— Транспортировать? Куда? — удивилась я.
— У меня есть хороший знакомый врач, он работает в кардиологическом центре Бакулева. Слышала о таком?
— Конечно, это же крупнейший центр страны.
— Там ему помогут, но главное, чтобы состояние было стабильным, — он взял меня за руку и переплел наши пальцы. Я чувствовала его поддержку, в тот момент это было жизненно необходимо.
Наш внедорожник остановился у главного входа Тульской больницы, казавшейся пустой в такое позднее время. Не дожидаясь босса, я выпрыгнула из машины и поспешила внутрь, но двери оказались заперты. Не соображая, что делаю, я стала с силой их трясти.
— Таня, закрыто, — подошел ко мне Максим и за руку оттащил от входа, — в это время, скорее всего, открыт только задний вход. Ты знаешь, где он?
— Да откуда?
— Ладно. Сейчас решим.
Макс попросил Дмитрия разузнать, как нам попасть в больницу, а сам остался со мной на крыльце. Запыхавшийся водитель вернулся довольно быстро. Ему удалось найти второй вход, через который впускали в ночное время, и даже разузнать, в какой палате отец. На нужный этаж пришлось подниматься по лестнице, но ни меня, ни Макса это не смутило. Мы вбежали в длинный коридор, и хотя шуметь было нельзя, я со всех ног помчалась к маме, одиноко застывшей посреди коридора.
— Как он? — только и смогла я произнести, схватив маму за плечи, слишком сильно, так что она чуть поморщилась.
— Плохо, милая. Все произошло так внезапно. С ним врачи, а мне ничего не говорят, — всхлипнула мама, а потом перевела взгляд мне за спину и нахмурилась.
— Добрый вечер! — поздоровался Макс.
— Мама, это Максим — мой начальник. Он привез меня сюда, — представила я мужчину, — а это моя мама Виктория Ивановна.
— Вы лично привезли мою дочь? — вскинула брови мама, и ее тон мне совсем не понравился, — я думала, у вас есть водитель.
— Есть, он нас и привез, а я решил сопроводить Таню, — ответил босс, явно не ожидавший такой холодности с ее стороны.
— Вы всех своих работников так сопровождаете? — недовольно спросила она.
— Мама!
Мне было жутко стыдно перед Максимом за собственную мать, которая даже в такой момент находила, к чему придраться. К счастью, мой начальник решил проигнорировать выпад и удалился под предлогом того, что ему нужно уладить что-то в регистратуре. Стоило Максиму нас оставить, как мама тут же накинулась на меня с упреками. Стало очевидно, что я совершила огромную ошибку, согласившись на компанию босса. Моей матери мужчина совершенно не понравился.
Причины сердечного приступа могут быть разными. К сожалению, не всегда его можно предугадать. Здоровый с виду человек в один момент может стать жертвой инфаркта. Так случилось и с моим отцом. Он никогда не отличался отменным здоровьем, но и на сердце не жаловался.
Как рассказала мама, в тот день папа задержался на работе. Что-то не ладилось с проектом, да еще повздорил с начальником. Вернувшись, он сразу прошел на кухню и налил себе рюмку брусничной настойки, но выпить ее так и не успел. Мама прибежала на звон бьющегося стекла и увидела, как папа, держась за сердце и ловя ртом воздух, с трудом стоит на ногах. Она вызвала скорую, и отца забрали в больницу.
До шести утра нам с мамой ничего не могли сказать. В больнице были только дежурные врачи, а они не разменивались на общение с родными пациентов. Нам только сообщили, что состояние папы в норме, но визиты к нему запрещены до позднего утра. Так мы и остались вдвоем в пустом больничном коридоре. Максим уехал почти сразу, как мы оказались в больнице. Он оставил нас с матерью, понимая, что его присутствие в данный момент только тяготит, и я была признательна ему за это.
Мама, измученная тревожным ожиданием, дремала у меня на плече, поэтому я первая услышала шаркающие шаги в другом конце коридора. Это был пожилой мужчина в белом халате и с небольшим чемоданчиком в руках — самый настоящий доктор Айболит. Поравнявшись с нами, он вежливо кивнул и присел рядом.
— Вы Татьяна, как я понимаю? — негромко поинтересовался он.
— Да.
— Меня зовут Кириллов Сергей Борисович, я кардиолог. Меня привез Максим, чтобы я помог вашему отцу. Сейчас его перевозить нельзя, поэтому я тут. Как только его состояние стабилизируется, мы отправим его в центр Бакулева.
