Когда Эдвардс вышел на Риджент-стрит, он пошел медленнее. Несколько раз он останавливался перед витринами магазинов, и преследователям приходилось поспешно прятаться за углом. Один раз скрыться было негде, и они целых пять минут изучали коллекцию дамской обуви. На всякий случай Шон пытался запомнить, какие магазины привлекли внимание Эдвардса, но ничего подозрительного не заметил.
Наконец поверенный решительно свернул с тротуара под навес небольшого ресторана, уселся за столик и развернул меню. Шон и Майкл укрылись за газетным киоском.
— Решил перекусить, — мрачно констатировал Шон.
— Я бы тоже чего-нибудь съел, — признался Майкл.
— Придется подождать. — Шон и сам не отказался бы от обеда. — Интересно, что скажет Пит? Приходил к ним этот тип или нет? А ты? Что с этой дамой?
— Она с теткой и подругой ездила в модный магазин. Что купила, не знаю, не смог придумать предлога, чтобы войти следом… А несколько дней назад они ходили в Национальную галерею.
Шон кивнул, не спуская глаз с Эдвардса. Тот с аппетитом поедал заказанный обед. «Интересно, заметил он нас или нет? Как ведут себя преступники, когда понимают, что за ними следят?»
Они терпеливо ждали, пока поверенный пообедает, выпьет свой коктейль, выкурит сигару и расплатится с официантом. Потом он двинулся дальше, и молодые люди опять последовали за ним.
Но на углу Риджент-стрит и Оксфорд-стрит Шон забеспокоился. Поверенный, вместо того чтобы свернуть или перейти улицу, направился прямиком к стоявшему на углу полисмену.
«Наверное, спрашивает дорогу…»
— Шон, этот констебль идет к нам! — в ужасе зашептал Майкл и невольно попятился.
— Эй ты, а ну иди сюда! — зычно скомандовал полисмен, повелительно махнув Шону рукой в белой перчатке.
Ирландец оторопел:
— Это вы мне?
— Тебе, тебе. Ты что, оглох? — на ирландцев английская вежливость не распространялась.
«Ох, что же мы наделали! — думал Майкл уже на бегу. — Морин с меня голову снимет… Как же мне теперь выручить Шона?»
— Алан, я повторяю в четвертый раз: повода для отчаяния нет! — Генри ходил по комнате взад и вперед. — Кое-какие долги все-таки погашены, в тюрьму тебя никто не сажает…
— Пока не сажает, ты прав, — с сарказмом ответил Алан. — Дело за малым… Но скажи, что мне теперь делать?
— Сначала вы должны выздороветь, — непреклонно заявила Кэти.
— Мама плачет, — сообщила Марианна, входя — Во всем винит себя. Я накапала ей валерьяновых капель.
— Я прошу тебя, Алан, не паникуй. Мы что-нибудь придумаем. — Генри вдохновенно взъерошил волосы. — Во-первых, я могу продать что-нибудь из картин. Думаю, за «Крестителя» дадут немало. Кроме того, поступило несколько заявок на наш «Холм» — вероятно, от людей, равнодушных к политике и к ирландскому вопросу… Так что мы не должны упускать и эту возможность…
— Мистер Гордон, а друзья вашего отца не согласятся одолжить вам денег? — поинтересовалась Кэти.
Молодой человек обреченно махнул рукой:
— Бог с вами, Кэтлин. Это бизнес — им нет дела до моих несчастий… — Но тут лицо его просветлело: — А вот Ливи надо написать. Как это мне не пришло в голову?
— Вы говорите о вашей мачехе?
— Да. Думаю, она обязательно поможет. Отправлю ей телеграмму и письмо.
— Ну вот, я же говорил, что никогда не стоит отчаиваться… — начал было Генри, но в это момент на лестнице послышался топот, возмущенный возглас Доры, а затем в комнату вихрем влетел Майкл Фитцпатрик.
— Мистер Стерн, вы тут? Шон всегда говорил, если что случится, бежать к вам и все рассказать. Его арестовал полисмен…
После того как Кэти напоила Морин успокоительным и бережно усадила в кресло, Майкл, запинаясь, рассказал о подозрениях Шона, о попытке расследования и о фокусе, который выкинул Эдвардс.
— Да успокойтесь же, Морин, не хватало еще и вам впасть в истерику, — сердито сказал Генри рыдающей горничной. — Никто не собирается отправлять Шона ни на каторгу, ни на виселицу. К Эдвардсу он не подходил, угрожать ему не угрожал… его могут обвинить в нарушении общественного порядка, только и всего… Ну, продержат под арестом пару недель. А может, удастся внести за него залог и его отпустят восвояси… Сейчас же отправлюсь в полицейский участок. Только, ради всего святого, Майкл, не пытайтесь больше выяснять истину такими методами!
— Неужели вы действительно подозревали Филиппа? — с удивлением спросил Алан. — Отец полностью доверял ему, очень ценил его знания… Я не могу поверить, что он способен причинить мне вред…
— Мы не знаем всего, — вздохнул Генри. — Может быть, он и ни при чем. Но я согласен с мистером Райаном и мистером Фитцпатриком, — при этих словах Майкл расцвел, — всех этих людей не стоит выпускать из виду. Но в первую очередь надо послать телеграмму в Америку…
— Питер? — Ноэль снял мокрый макинтош и небрежно сунул его подбежавшему лакею. — Что-то погода испортилась, ливень так и хлещет… А миссис Фрост спит?
— Она уже легла, сэр, — почтительно ответил лакей. — В индийской комнате сервирован чай, сэр.
— Хорошо. — Ноэль рассеянно сунул ему шиллинг и пошел вверх по лестнице.
