— На следующей неделе?! Нет, нет, это невозможно…
— Ну хорошо. Через две недели.
— Мистер Гордон…
— Зовите меня просто Ноэль…
— Ноэль… поймите, что только подготовка к свадьбе займет не меньше трех недель…
— Отлично. Поженимся через три. Денег у меня достаточно, чтобы все прошло без сучка без задоринки. Так вы согласны?
— Похоже, ничего другого мне просто не остается… Да поднимитесь же наконец с колен! — Беатрис с трудом сдерживала смех.
— А когда мы объявим всем о нашей помолвке? Сейчас?
— Н-нет, не сейчас. Когда вернемся в Лондон…-
Молодые люди пошли дальше, и вскоре их голоса затихли вдали.
— Беатрис попадаются настойчивые женихи, — расхохоталась Вера. — Несколько раз мне хотелось встать и показаться ей на глаза… и посмотреть, какой у нее при этом будет вид…
— Дом времен королевы Анны, — с горечью произнесла Агата. — Да… и автомобиль, и кольцо с бриллиантом, и свой выезд… получше нашего… Она все-таки будет миссис Гордон…
Алан никогда не задумывался о том, что же он чувствует по отношению к своей сиделке, и если бы его спросили об этом, вряд ли сумел бы ответить. Но он прекрасно понимал, что ее забота о нем — не только забота о больном и что за ее сдержанностью скрываются добрые искренние чувства к нему. После удара, который нанесла Алану Беатрис, ему требовалось чье-то участие, и это внимание молодой красивой девушки льстило ему. Он чувствовал, что согревается, как согревается замерзший человек, попавший в тепло. И ему просто не приходило в голову спросить себя, чем это может закончиться.
— Скажите, Кэтлин… ведь вы тоже были влюблены, да? Вы понимаете меня… как может понять только человек, который знает, что такое боль…
Кэти чувствовала, что рано или поздно Алан спросит об этом, но, когда он действительно спросил, сжалась как от удара.
— Да, — сказала она так спокойно, как только могла. — У меня был жених. И я тоже надеялась, что буду счастлива…
Алан накрыл ее руку, лежавшую на одеяле, своей рукой и почувствовал, как она дрожит.
— Он… умер?
— Нет, — Кэти отняла у него свою ладонь. — Напротив, жив и процветает. Мистер Гордон… Алан… мне тяжело говорить об этом.
— Простите меня, если я огорчил вас….. Теперь я знаю, как тяжело в такие моменты… особенно когда ты совершенно один и никто не понимает твоих чувств… когда даже не с кем поделиться тем, что тебя гнетет…
— Алан, а вы все еще любите свою… невесту, мисс Уэйн? — Выговорив это, Кэти вспыхнула и опустила голову.
Алан посмотрел в окно.
— Не знаю, — сказал он наконец. — Надеюсь, что нет. Сейчас мне больно даже думать о ней… А вы? Ваш жених… ваш бывший жених? Вы его любите?
Кэти снова взяла свое вязанье и воткнула спицу в коричневый клубок.
— Нет. Уже нет…
Последний вечер в поместье Вилкинсов должен был пройти особенно весело. Садовник и два его помощника приготовили все для фейерверка — когда стемнеет, гости выйдут на террасу полюбоваться разноцветными огнями. Одного из младших лакеев Агата с утра послала в Лондон за забытыми граммофонными пластинками. Здоровый детина из кондитерской в соседнем городке привез несколько тортов и четыре подноса булочек со взбитыми сливками. Горничные расставляли на столах бокалы, графины и бутылки.
— Эй, Эсси, пойдешь вечером смотреть фейерверк? — поинтересовался Питер у горничной Беатрис, которая пробегала через зал с горячим утюгом.
— Пойду, — задорно ответила девушка. — А тебе-то что?
— А может, я бы хотел составить тебе компанию? Не возражаешь?
— Ну… нет. Если мисс не посадит пришивать какую-нибудь оторвавшуюся оборку — выйду в сад. Ладно, она меня ждет
Питер проводил девушку глазами. Хорошенькая, и глазки умные… Ему надо было узнать, что произошло в это утро между его хозяином и ее хозяйкой. Ведь слуги обожают обсуждать своих хозяев… Сомнительно, чтобы эта горничная оказалась исключением…
Вечер удался на славу. Отдав дань прохладительным напиткам и сладостям, вся компания высыпала из комнат на террасу, и в черное небо над верхушками столетних буков взлетели первые ракеты.
Эсси сумела-таки освободиться и теперь с каждой новой вспышкой вскрикивала, сжимая локоть Питера. Другие слуги тоже столпились у крыльца, с восхищением глядя на фейерверк.
— Эй, Питер, Эсси, вечером приходите в кухню, — окликнул лакея и горничную помощник садовника Джон. — Повеселимся!
— Попробуем, — важно кивнул Питер, увлекая Эсси в боковую аллею. — А сейчас пойдем прогуляемся?
— Пойдем…
Некоторое время они шли молча.
— А ты всегда ездишь со своей хозяйкой, если она куда-нибудь отправляется? — поинтересовался лакей.
— Ну… да, я у нее уже два года, и она всегда берет меня с собой, — недоуменно ответила Эсси. — А твой хозяин что, нет?
— Да я у него недавно. И в Англии тоже недавно… Кстати, он, по-моему, очень симпатизирует твоей мисс. Ты этого не замечала?
— Скажешь тоже, — фыркнула Эсси — Я все замечаю… еще побольше, чем ты. «Симпатизирует»! Да он уже предложение ей сделал!
— Что-о? — Питеру не требовалось разыгрывать изумление.
— Да, представь себе! Сегодня утром. Поэтому она меня и отпустила — она сегодня добрая. А так могла и придраться…
