Юноша обнял девушку, отчаянно жалея, что мсье Эдвардс на позавчерашней верховой прогулке не упал с лошади и не сломал себе шею.
— Вик…
— Что?
— Давай убежим. Ты и я. Мама говорила, у меня есть деньги, но я получу их только когда стану взрослой… Хорошо тебе — тебе уже двадцать…
— Ия еще несовершеннолетний… Скажи, этот Эдвардс не собирается жить у вас все время?
— Я не знаю, Вик… Думаю, нет, он же работает где-то в Нью-Йорке…
— Через полгода мне исполнится двадцать один. И если мсье Эдвардса здесь не будет, то я тебя увезу! Твоя мать наверняка нам поможет!
— А если он останется в поместье? — Жермен взглянула на Виктора снизу вверх, упираясь руками ему в грудь. — Что тогда?
— Тогда… Тогда я тоже тебя увезу! — мрачно сказал Виктор. — Обещаю…
Когда Морин позвала Кэти к раненому Алану, та поспешно вынула из уже собранного саквояжа свои вещи, и теперь складывала их обратно. Блузка, серая юбка, полосатое платье сиделки, наполовину связанный джемпер…
Миссис Чен по-птичьи качала головой:
— Эта старая квартира теперь снова опустеет… Но я очень рада, что смогла тебе помочь. Хотела был посмотреть на маленькую Барбару, может, когда-нибудь ты привезешь ее в Лондон?
— Постараюсь. — Кэти свернула зеленую клетчатую юбку, в которой ходила с Морин на танцы.
Почему-то ей вспомнилось такое же раннее утро, когда она уезжала из колледжа домой на каникулы. Ее жених Роберт накануне открыто объявил о своей помолвке с Магдой Корнер, но она неизвестно почему еще надеялась, что он придет к поезду проводить ее… и все снова будет как прежде…
Но он, разумеется, не пришел… И из Лондона она тоже уедет незаметно… а Алан очень скоро позабудет о ней, так же как Роберт…
— Все! — Она закрыла саквояж и потянулась за накидкой. — Миссис Чен, думаю, мне пора. Следующий поезд только в полдень…
Старушка закивала:
— Поезжай, девочка моя. Да хранит тебя Бог.
— Простите меня. — Кэти, выйдя в прихожую, обернулась. — Поверьте, я больше не могу оставаться в Лондоне. На это есть причины…
— Я не сержусь, что ты. Просто помни, что в Лондоне у тебя тоже есть дом. Думаю, и Морин со мной согласится… Ну, ступай. Не выношу долгих прощаний…
Но в тот момент, когда Кэти взялась за ручку двери, снаружи в нее негромко постучали.
— Миссис Чен? Кэтлин? Откройте!
Кэти почувствовала, что у нее задрожали колени. Побледнев, она опустилась на колченогий стул у двери.
— Кэтлин? — Стук в дверь стал громче. — Пожалуйста, откройте!
Старая сплетница миссис Вендровски поспешила выйти из своей квартиры на лестницу. Перед дверью ее соседки сверху стоял молодой человек, красивый, хотя и очень взволнованный.
— Кэтлин! Прошу вас, откройте дверь!
Кэти прижала руку к груди, сердце ее неистово билось. Миссис Чен неуверенно пошла открывать.
— Кэтлин! Кэтлин, я знаю, что вы дома…
Миссис Вендровски, сгоравшая от любопытства, с досадой услышала, как щелкнул замок и голос молодого человека сразу стих.
Миссис Чен отступила в сторону. Алан и Кэти смотрели друг на друга.
— Алан…
— Я люблю вас, — сказал он тихо. — Мне следовало понять это давным-давно… а вместо этого я причинил вам боль…
Старушка вышла на лестницу и прикрыла за собой дверь. Внизу миссис Вендровски шмыгнула к себе в квартиру, громко прошипев что-то о распущенной современной молодежи. Она была очень довольна всем услышанным.
Но те, кто остался в квартире, даже не заметили ухода миссис Чен. Какая-то непреодолимая сила бросила их в объятия друг друга. Алан прижал девушку к себе, исступленно целуя заплаканные глаза, лоб, волосы, губы… В этот миг время остановилось, а мир принадлежал только им двоим…
Потом, баюкая Кэти в тесном кольце рук, он взглянул на лежащий на полу саквояж, увидел, что девушка уже одета в дорожное платье, и, вздрогнув, обнял ее еще крепче, поняв, что успел как раз вовремя.
— Больше я никуда тебя не отпущу… Но боюсь, что не могу предложить тебе слишком многого, — грустно улыбнулся он. — Если бы у меня были деньги…
— Если бы у тебя были деньги, то ты бы не пришел в эту квартиру. — Смех Кэти был нежным и счастливым. — Верно?
Алан тоже засмеялся, чувствуя, как легко стало у него на душе…
— Пожалуй. Но все-таки я не отказался бы сейчас от пары тысяч фунтов… Я бы хотел увезти тебя на побережье Ирландии около Белфаста… — И по тому, как дрогнули в улыбке губы девушки, он увидел, что она вспомнила этот разговор.
— Мы обязательно там побываем… Но нет худа без добра — деньги опутывают хозяина кучей условностей и заставляют быть ужасно церемонным… Имей я их сейчас, вряд ли осмелился бы так прямо попросить тебя стать моей женой… — Говоря это, Алан снова вспомнил Беатрис, ее жеманные слова… Но в Кэти не было жеманства — вместо ответа она склонила голову ему на грудь.
— Тогда пойдем… Сюда я шел пешком, но мы можем взять такси.
Автомобиль Ноэля остановился у крыльца Беатрис, когда она пила утренний кофе, просматривая газету. Молодой человек довольно взглянул на красовавшийся на стене столовой «Холм» и торжественно начал:
— Би, не сомневайся, я обязательно подарю тебе свадебный подарок, но…
— Но — что?
