Ключи были переданы Торни, и он повел пристальное наблюдение за старой гардеробной с маленьким секретером. Бен то ли что-то почувствовал, то ли тоска несколько отпустила его, но сделался он почти таким же, как прежде, и мисс Селия, чувствуя себя несколько виноватой из-за возникших по отношению к нему подозрений, старалась быть с ним как можно терпеливее. А Торни тем временем развел суетливую до комизма таинственность. Подчеркнутое его равнодушие к передвижениям Бена бросалось в глаза, и очень легко было понять, что на самом деле он пристально отслеживает каждый его шаг. Ловушки, которые Торни устраивал на предполагаемого вора, могли насторожить кого угодно. Он то расхаживал взад-вперед по лестнице, громко звеня ключами в кармане, то закидывал мячик в окно гардеробной, и когда Бен по его просьбе лез на дерево его доставать, это казалось нашему детективу убедительнейшим доказательством вины подозреваемого. Окончательно же он уверился в своей правоте, после того как установил: старый ящик секретера настолько рассохся, что открыть его можно было, просто подсунув под язычок замка нож.
– Ну, теперь мне все ясно как день, – сказал Торни сестре, гордясь, что так ярко проявил талант к детективной деятельности, и сожалея о столь быстром завершении крайне увлекшего его занятия. – Теперь ты уж точно должна мне позволить беседу с ним напрямую.
– Пока рано, – осадила его мисс Селия. – И больше ничего не предпринимай. Боюсь, ошибкой было с моей стороны позволить тебе эту слежку. Очень мне станет жалко, если из-за нее твои отношения с Беном испортятся. Тем более что, полагаю, он все-таки невиновен.
– Это еще почему? – возмущенно воскликнул Торни.
– Потому что я тоже за ним наблюдала. Он ведет себя совершенно не как обманщик. А сегодня на мой вопрос, положить ли в банк его следующее жалованье, или он предпочел бы иметь его при себе, он ответил, глядя мне в прямо в глаза: «Конечно положите. Вы так добры ко мне, что у меня здесь есть даже больше, чем нужно». И я не могла ни на секунду усомниться в его абсолютной искренности.
– Ты слишком мягка и доверчива, Селия. А он хитрый пройдоха, да к тому же уже догадался, что я слежу за ним. Залез в гардеробную через окно за мячом, а когда я спросил его, не попалось ли ему там на глаза еще что-нибудь интересное, с наглым смехом ответил: «Только мышь».
– Кстати, о мышах, – сказала мисс Селия. – Она прошлой ночью так в гардеробной скреблась, что я не могла уснуть. Поставь, пожалуйста, там мышеловку. И вообще нам кошка нужна. Иначе скоро погибнем от мышиного нашествия.
– Поставлю, – бросил Торни и, не желая сосредоточиваться на такой убогой добыче, как мышь, вернулся к главному: – Ну что, мне устроить Бену примерную взбучку или ты возьмешь это на себя?
– Дам тебе знать о своем решении завтра утром, а до этого будь к нему как можно добрее. Не вынуждай меня сожалеть сильней прежнего, что я тебе доверилась.
Таким образом, на тот день вопрос был закрыт, а к следующему утру мисс Селия приняла решение поговорить с Беном сама и как раз спускалась к завтраку, после которого была намерена это осуществить, когда ее внимание привлекли громкие голоса. Она прислушалась. Голоса доносились из комнаты Бена. Похоже, мальчики о чем-то ожесточенно спорили.
«Надеюсь, Торни сдержал обещание», – подумала мисс Селия, однако поспешила по коридору к месту событий.
Комната Бена находилась в самом конце, дверь была настежь распахнута, и мисс Селии по мере приближения становилось все видней и слышней, какая коллизия разворачивается внутри. Бен, разъяренный, словно индюк, и красный, как хорошо проваренный рак, крепко прижимался спиной к створке шкафа. Торни, ему противостоя и угрожающе жестикулируя, говорил взволнованно-обличающим тоном:
– Ты там что-то прячешь. И не вздумай отрицать это.
– А я и не отрицаю.
– Да уж. Лучше тебе не юлить. Покажи мне, что там. Я настаиваю.
– Не покажу.
– Нет, покажешь. Что ты на сей раз украл?
– Я не украл. Это было мое. Просто взял, когда мне понадобилось.
– И ты думаешь, я ни о чем не догадываюсь? Лучше сам верни, иначе заставлю.
– Хватит, – вмешался третий голос как раз в тот момент, когда Торни протянул руку к Бену, намереваясь оттащить его от шкафа, а Бен изготовился к обороне до последнего вздоха.
Селия вклинилась между ними, решительным жестом разведя их в стороны. Торни тут же отпрянул, слегка стыдясь своей горячности. Бен, шумно сглотнув, словно совесть мешала голосу литься свободно, с усилием произнес:
– Да, мэм. Там кое-что спрятано.
– И это принадлежит тебе?
– Именно, мэм.
– А где ты это взял?
– У сквайра.
– Ложь, – буркнул себе под нос Торни.
Глаза у Бена вспыхнули, кулаки сжались. Но ради мисс Селии он сдержался, а она, толком не понимая, как повести себя дальше, задала новый вопрос:
– Это деньги, Бен?
– Нет, мэм, не деньги.
– Но что же у тебя там?
– Мяу, – ответил из шкафа четвертый голос.
Бен распахнул створку. Из шкафа, громко мурлыча от радости обретенной свободы, выбрался серый котенок.
