За играми последовал ужин-пикник на траве, а потом, когда уже стали сгущаться сумерки, ребят провели к каретному сараю, в котором устроен был летний театр. Одну из больших дверей настежь раскрыли, внутри расставили скамьи, обращенные к двум красным скатертям, игравшим роль занавеса. Лампы, помещенные в ряд снизу сцены, прекрасно ее освещали. Слышалась музыка в духе напыщенных вагнеровских увертюр, которую под аккомпанемент сдавленного смеха исполнял на расческах, жестяных трубах, барабанах и дудках где-то прятавшийся от зрителей оркестр.
Многим из пришедших никогда ничего подобного видеть и слышать не приходилось, и они пораженно озирались вокруг, захваченные тем, что уже им предстало, и полные ожидания чего-то еще более необычайного, хотя старшие из детей позволяли себе при этом высказывать критические замечания по поводу конвульсивно подрагивающего занавеса и строить достаточно дикие версии о происходящем по ту его сторону.
Пока Учительница помогала за кулисами девочкам переодеваться, мисс Селия с Торни выступили перед зрителями с давно ими освоенной кукольной интермедией под названием «Картошки».
С этой целью вход в пустое стойло был затянут зеленой тканью, повешенной на такой высоте, чтобы скрыть с головой кукловодов, а над ней помещались еще две маленькие занавески. Они раздвинулись, и взорам публики предстала нарисованная на картоне китайская пагода, двери и окна которой вполне по-настоящему открывались. Сбоку от пагоды зеленели деревья с ярко сверкающими фонариками на ветвях, а над ними виднелась надпись «Чайный сад», обозначавшая предназначение этого замечательного местечка.
Бессмертное представление «Панч и Джуди» мало кто знал из приглашенных сегодня детей, поэтому оно приносило им особенное удовольствие. Прежде чем они успели как следует разглядеть декорацию, голос, четко произносящий каждое слово, пропел:
И на сцену с большим достоинством вышел герой в просторной желтой курточке и черной юбке, за которой скрывалась рука, управлявшая им. Перед поклоном Чангери Вангери снял островерхую шляпу, явив взорам публики лысую макушку с черной косичкой на затылке и раскосое китайское лицо, тщательно нарисованное на его голове из картофелины с дыркой в нижней части, куда был просунут указательный палец Торни, в то время как большой и средний заполнили рукава желтой курточки, обеспечивая картофельному герою способность жестикулировать.
Пока он приветствовал публику, песенка продолжалась:
Это утверждение Чангери Вангери Чан тут же решительно опроверг, принявшись лихо отплясывать джигу под разухабистый хор:
Танец завершился, хор смолк, Чан ушел в чайное заведение, где принялся поглощать немыслимое количество чашек чая с такими уморительными ужимками, что зрители даже несколько сожалели, когда их внимание было привлечено окошком, открывшимся в другой части пагоды, из которого показалось прекраснейшее создание. На этой картофелине, вычищенной до белизны, были нарисованы румяные щеки, алые губы, черные глаза, брови вразлет. А пучок черных шелковых нитей, заколотый несколькими блестящими булавками, изображал ее волосы. Пухленькую фигуру китайской леди окутывал розовый жакетик. Застенчиво замерев перед залом, чтобы все смогли по достоинству оценить ее красоту, прелестница взялась за подсчет денег, которые вынимала из такого большого кошелька, что маленькие ее ручки едва удерживали его на подоконнике. Хор, пока она занималась своей бухгалтерией, снова грянул, объясняя происходящее:
И Чан начал настраивать свое банджо, после чего с ним в обнимку повлек стопы к прекрасной и обеспеченной мисс, а хор в это время грянул припев:
Подхваченный вихрем страсти, Чан уронил свое банджо, упал на колени, стиснул руки и уткнулся перед прелестным созданием головой в пыль, но все старания его оказались тщетны.
