— М-м… звучит-то как заманчиво! Но не сейчас. Я пришёл тебя спасать: Его Величество ищет свою невесту — найти не может.
Наверное, я побледнела. По крайней мере, точно вздрогнула.
— З-зачем?
Кот с любопытством глянул на меня.
— Майя… Люди говорят, ты ведьма. Это правда?
— Конечно.
Захлопнув книгу, я раздражённо направилась к выходу. Бертран потопал за мной.
— Ты какая-то не такая, — продолжал рассуждать он. — Ты и появилась-то не по-людски. Вот откуда девице взяться прямо среди леса? Я проверил — никаких тропинок или следов в снегу. Да и одежда у тебя… не по сезону.
— Я обязана отчитываться тебе?
— Ну-у…
— Не обязана. Кстати, я вообще не знаю кто ты. И кем приходишься королю.
— Племянником, — живо откликнулся парень. — Главным ловчим. Собутыльником. Лошадкой для его дочери. Повелителем королевских лошадок. Первым отведывателем королевских блюд. Фоном, на котором ярче сияют добродетели короля. Поверенным ужасных тайн и секретов. Телохранителем, когда монарху нужно незаметно покинуть дворец.
Я уже спустилась и подошла к двери, а Бертран всё ещё продолжал перечислять. Остановилась и обернулась к нему, хмурясь.
— Достаточно. Я поняла. А Румпель… Он — кто?
— Капитан королевской гвардии и лучший клинок королевства. Главный зануда всей Эрталии. Но о нём не интересно, давай лучше обо мне.
Я хмыкнула и вышла, закрыв за собой дверь перед самым носом бахвала. За те полчаса или час, которые я пробыла в библиотеке, погода заметно изменилась. Сейчас снег валил крупными хлопьями. Тропинки снова замело. И как я пойду по такому глубокому снегу в шёлковых туфельках? М-да…
Дверь за мной хлопнула. Я резко обернулась.
— Не смей меня брать на руки! Король только сегодня говорил мне о верности и…
— Уже? Быстро он. Обычно начинает после свадьбы…
— Обычно? В каком смысле? У него что, была ещё жена, кроме матери Белоснежки? Или даже не одна?
Кот криво улыбнулся и отвёл взгляд.
— Неважно. Не буду тебя трогать, ладно.
Он внезапно разулся и поставил передо мной ботфорты.
— Надевай.
Я с сомнением посмотрела на грубые мужские сапоги. Мало ли какие там грибки…
— Да не бойся ты! У меня очень маленький размер ноги — не утонешь. Но идти по сугробам в туфельках — не самая здравая идея.
Кот скинул плащ и закутал в него мои плечи.
— А сам как пойдёшь?
Я всё же решилась, стянула намокшие туфли с ног и обулась. Может, относительно других у Бертрана и была маленькая нога, но… М-да. Моя ножка точно утонула где-то в глубине, а раструбы оттопырили юбку.
— Так и пойду, — рассмеялся он. — Ну что, вперёд? На покорение снежных вершин?
Так мы и пошли. Я — топая по снегу в громадных сапогах, он — в чулочках. Ну или как там правильно эти средневековые лосины называются. Ощущения были непередаваемые! Из-за жёстких, высоких ботфорт я не могла согнуть ногу в колене.
— Зачем я нужна Его Величеству?
— Да кто ж его знает… Видимо, есть что-то в наших душах, что заставляет снова и снова искать недостижимый идеал. Разочаровываться. Падать духом. Подниматься и снова искать… Ну или колдовство…
Бертран запнулся и осознал:
— А, ты про сейчас? Ничего особенного: портной пришёл. Платье будут шить.
Я поднялась на балкон, сразу разулась и поинтересовалась:
— Ты в кота превращаться умеешь? В настоящего?
Парень рассмеялся:
— В кого угодно. Главное, чтобы в тёплую постель позвали.
И снова подмигнул. Я отвернулась. Пошляк.
Меня действительно ждали. Тощий, похожий на голенастого кузнечика парень дремал в кресле, вытянув длинные худющие ноги. Везде: на столе, кровати, вешалках, комодах и сервантах — были разложены отрезы тканей. Белых, сливочных, нежно-кремовых… Я невольно залюбовалась.
— Добрый день!
Портной испуганно вскочил, замахал длинными руками:
— Нет! Не убивайте меня! — завопил. — Клянусь, я…
И замер, сообразив, что его напугала безобидная девушка. Взъерошил ёжик коротких русых волос. Я рассмеялась.
— Я не трус, — мрачно оповестил меня портной. — Однажды я семерых одним махом убил…
Кошмар. Я закатила глаза.
— Мух, — заметила устало. — Это были мухи. Если можно, побыстрее, пожалуйста. Свадьба уже завтра. И да, я — трусиха. Я очень боюсь опоздать.
Храбрый портняжка начал закутывать меня в ткани, прикалывая их булавкой то тут, то там. Я терпела. Странно, но он не воспринимался мной как мужчина, и панической атаки не было. Меня больше беспокоили странные оговорки Бертрана. Что значит «обычно»? Я всегда считала, что у отца Белоснежки было только две жены: мать любимой дочурки и Злая королева. Но Злая королева — это я, а про одну-единственную женщину не говорят «обычно». И про две не говорят…
Словно услышав мои тревожные мысли, в комнату вошёл Его Величество Анри. Теперь я знала, как его зовут.
— Я нигде не мог найти тебя, — угрюмо заметил он. — И слуги тебя не нашли.
— Люблю читать, — я кивнула на томик по истории Эрталии. — Очень. Вы же разрешили мне посещать библиотеку…
— А-а. И ты прямо так, в туфельках, ходила через снег? Промокла, должно быть?
