Когда последний грейфер поднялся над трюмом, матросы обступили старого шведа. Они по-дружески хлопали его по спине и улыбались черными губами.
— Молоток, — сказал ему долговязый матрос, отбирая лопату.
Стивидор почувствовал неловкость… И чего это он кинулся в трюм? Он не мог бы сейчас сказать, сколько прошло времени и выиграл ли он пари. Но теперь, по крайней мере, у капитана к нему не должно быть претензий… Он поднялся на палубу, снял туфли и вытряхнул из них угольную крошку. Потом, плохо соображая, что делает, он натянул свой нарядный пиджак на рубашку, черную от пыли и пота.
— Без пяти четыре, стивидор! — сказал кто-то за его спиной.
Он повернулся. Перед ним стоял капитан, он приветливо улыбался, этот мрачноватый русский брюнет.
— Пойдемте, мой друг, я приготовил вам коньяк, — сказал Шубин и взял стивидора под руку.
— Ноу, сэр, я ведь не выиграл пари.
— Вы его не выиграли, вы его заработали.
— Спасибо, капитан, — просто сказал стивидор.
Едва каменистые острова, образующие внутренний рейд Лулео, скрылись за кормой «Оки», старший механик торопливо поднялся к капитану на мостик.
— Вячеслав Семенович, неприятность, — довольно спокойно сказал Жабрев и протянул рапорт, в котором доводил до сведения капитана, что потекли трубки левого котла.
Шубин быстрым взглядом пробежал неровные строки с завитушками на конечных буквах каждого слова и вопросительно посмотрел на стармеха.
— Сейчас будем травить пар, — сказал Жабрев.
Шубин смотрел на него, будто не верил или не понял рапорта.
— Котел остынет часов за шестнадцать, заглушим трубки, и через двое суток машина заработает полным ходом… Ну, а под одним котлом больше малого хода машина не даст, — Жабрев ответил сразу на все молчаливые вопросы капитана.
— Ах, черт… — Шубин был явно раздосадован.
— Разрешите идти? — нетерпеливо спросил стармех, которому не хотелось выслушивать горькие жалобы капитана. Стармех не разделял волнений Шубина и не очень рвался в этот самый дополнительный рейс. А трубки потекли… что ж, вполне рабочий момент. Бывает…
Шубину в эту минуту очень хотелось задержать Жабрева, посоветоваться, как лучше форсировать работы с котлом. Тем более, что метеосводка обещала к утру пятибалльный встречный ветер и он получил информацию из Виндавы о подходе к порту целой пачки судов да еще предупреждение: «Ока» простоит в ожидании, если прибудет после этой пачки…
Но, взглянув в глаза стармеха, он понял, что нет смысла тратить время на разговоры.
Жабрев ушел. Шубин почти суеверно подумал, что, в общем, было бы слишком хорошо, если бы ничего не случилось. Было бы слишком хорошо — выиграть трое суток в порту и чтобы потом, в море, так ничего и не случилось…
Шубин попросил помполита собрать в салоне всех механиков и, отдав нужные указания Володе, спустился на пять минут с мостика.
Его встретили молча.
За открытым иллюминатором задумчиво всплескивало море.
Шубин коротко доложил обстановку:
— Старший механик обещает полный ход только через тридцать шесть часов. Но я опасаюсь, что ночью мы окончательно потеряем скорость из-за встречного ветра, потом затянем ремонт котла и появимся как раз в хвосте пачки судов, подходящих к Виндаве. Я прошу коммунистов и всех механиков: сделайте все возможное… Мостик сейчас я оставить не могу. Поэтому я прошу вас всех — подумайте и доведите дело до разумного конца…
— У вас, Алексей Михайлович, есть предложения? — обратился Знаменский ко второму механику, когда, дверь кают-компании закрылась за капитаном. — Георгий Александрович, я прошу извинения, я обращаюсь сразу к остальным. Вы свою точку зрения уже высказали.
Стармех кивнул и отвернулся к иллюминатору.
— Свои предложения я выскажу несколько позже, у котла… надо взглянуть, как там дела… А сейчас я не могу согласиться с Георгием Александровичем. — Второй механик говорил осторожно, но твердо. — Прежде всего, на одном, котле можно идти не малым, а почти средним ходом, нужно только держать пар на марке. Это тяжело, но если кочегары постараются — можно. Надо, пожалуй, поставить не двух, а трех кочегаров на вахту… Что же касается полного хода, я думаю, мы дадим полный ход через сутки.
— Ну вот и прекрасно, — повернулся к Знаменскому стармех. — Вот и поручите второму механику ремонт котла. А заодно и нарушение правил технической эксплуатации…
— Насколько мне известно, — спокойно возразил помполит, — второй механик имеет диплом первого разряда, точно такой же, как и у вас. И наверное, тоже разбирается в этих правилах…
— Насколько я вас понял, я здесь не нужен, — «дед» поднялся с места. — Разрешите идти?
— Идите, пожалуйста, если у вас есть более серьезные дела, чем аварийное состояние машин, — сказал Знаменский.
Стармех бросил на него злой взгляд и, конечно, остался в своем кресле. Он мрачно молчал, пока второй механик докладывал, как он предполагает заглушить трубки котла…
