– Да мы тебе верим. Просто Лужок на него наехал, вот он и беснуется. Надо было, конечно, диктофон для страховки включить.
– Откуда я знала, что он такой… Там еще и телекамера была, он же не одной мне это говорил.
– Была камера? Так что же ты молчишь!? Это же выход для нас! Нужно достать видеозапись – тогда мы его прижмем. А телекамера чья?
– По-моему, один из окружных телеканалов.
Телевизионщики нередко выручают своих пишущих коллег в таких случаях, и в этот раз их запись могла стать железным доказательством.
У Леонида зазвонил мобильный телефон.
– Здравствуйте еще раз, Александр Иванович. – Повисла пауза. – Ну не надо, не надо на меня кричать… Вы делаете свою работу, а мы свою. Опровержение? Его не будет. Вы, Александр Иванович, не заметили диктофон, но вы, конечно же, не могли не увидеть телекамеру, которая снимала весь ваш разговор. И ваши слова о том, что в Москве 500 тысяч безработных, очень четко слышны. Несколько копий записи уже у меня, одну из них могу передать вам. Когда удобно подвезти?
Александр Иванович издал несколько нечленораздельных звуков и отключился.
– Я думаю, теперь он успокоится, но запись для страховки все равно надо достать. Займитесь этим, – обратился Леня к одному из сотрудников.
Уволили Александра Ивановича через несколько лет после этого случая…
Иногда московская власть, втягиваясь в игры с опровержениями, сама себя ставила в глупое положение. Аркадий, не раз нарывавшийся на пустые глаза чиновников, «забывавших» свои же слова, написал однажды про опасные фасады.
Крупный бюрократ из городского стройкомплекса, выступая на конференции, посвященной недвижимости, упомянул, что фасады некоторых совершенно новых домов, построенных в Москве, могут вот-вот осыпаться. Речь шла о фасадах, сделанных из пустотелого кирпича. Чтобы убедиться в услышанном, Аркадий дождался конца мероприятия и выловил чиновника, когда тот ждал лифт.
– Скажите, я правильно понял, что элементы фасадов из пустотелого кирпича могут осыпаться? – и журналист пересказал чиновнику его слова, чтобы тот их подтвердил или опроверг.
– Да, все правильно. Надо еще добавить только, что для безопасности людей мы намерены запретить в городе строительство зданий с такими фасадами, а все уже построенные проверить.
– Хорошо, я добавлю. Спасибо, – и двери лифта закрылись.
Дня через три после выхода статьи в агентство, где работал Аркадий, пришел факс на бланке пресс-центра стройкомплеса, в котором опубликованную информацию требовали опровергнуть. Журналисты, уверенные в своей правоте и сохранившие диктофонную запись, опровергать ничего не стали, и все затихло само собой. По своему опыту Аркадий знал: те, кто прислали письмо, прекрасно понимали, что все написанное правда и опровергать нечего, но выполнили указание большого начальства, которое посчитало, что публикация порочит городские власти.
Через два месяца после этого факса городское правительство выпустило документ, в котором предписывалось запретить облицовку зданий пустотелым кирпичом, а все уже построенные срочно проверить.
Но далеко не всегда чиновники и журналисты враждуют, нередко их отношения перерастают в приятельские, а иногда журналисты даже выручают своих ньюс-мекеров.
Каждую пятницу в мэрии проходило большое совещание, на котором отчитаться перед заместителем Лужкова собирались руководители организаций, отвечающих за состояние дорог и подъездов, дворов и канализации, уборку улиц и электроснабжение. Чиновники по очереди докладывали о своей работе за прошедшую неделю, а потом получали нагоняй от начальства и указания на будущее, но самым долгожданным выступлением, ради которого даже просыпались дремавшие в последних рядах, был подробный прогноз погоды на ближайшие семь дней от известного всему столичному мегаполису метеоролога Алексея Ляхова.
Гидрометеобюро Москвы и Московской области, возглавляемое Алексеем Алексеевичем, было создано по инициативе и на деньги московского правительства, которое надеялось с его помощью получать более точный прогноз погоды и не поливать дороги противогололедными реагентами в случайно наступившую оттепель. Поэтому и сам Алексей Алексеевич и его метеорологическая служба очень зависели от городских чиновников, старались угадывать погоду максимально точно, и, как любили шутить в мэрии, это им иногда удавалось.
У Аркадия давно сложились хорошие, доверительные отношения с Ляховым, который рассказывал ему о предстоящих ливнях, грозящих затопить Москву, первых заморозках и гололеде, приближении штормового ветра и температурных рекордах. Рассказывал он Аркадию и о том, как составляются долгосрочные прогнозы погоды на несколько месяцев вперед, и сам вместе с ним смеялся.
Однажды, минут за пять до начала очередного пятничного заседания, метеоролог и журналист обсуждали последние мэрские новости.
– Алексей Алексеевич, а вы, между прочим, уже стали легендарной личностью.
– Да ладно, – смущенно заулыбался Ляхов.
– Конечно, анекдоты сочиняют только про людей незаурядных. Знаете последний анекдот про себя?
– Какой?