Каюта оказалась совсем маленькой, зато на корабле это было отдельное жилье. Матросы жили в кубриках по несколько человек. Каюта изогнулась буквой «Г», по одной стороне которой протянулась узкая кровать, а по другой, рядом с дверью, ютился маленький металлический умывальник, напротив которого пристроился малюсенький откидной стол. Туалета в каюте не было.
– Вот так у нас живут офицеры, – с завистью сказал матрос. – Я тогда пойду, а когда стрельбы будут – вернусь, – он прикрыл дверь и ушел.
– Да-а, – Игорь уселся на кровать.
Втроем им было даже трудно развернуться в этом крошечном жилище.
Каждый из них в свое время уже был на «Москве», но обычно визиты москвичей на крейсер ограничивались парадным построением, вручением подарков экипажу и торжественным обедом для офицерского состава и гостей в главной кают-компании корабля. Во время обеда после каждого тоста звучало троекратное «Ура!» в честь главы делегации, мэра Москвы (даже если его не было), самой Москвы, командира корабля… Список был длинным. Журналисты, как правило, тоже приглашались на это торжественное застолье, но иногда их «забывали» включить в список обедающих, поэтому отводили на нижние палубы в матросскую столовую. Аркадий, знавший солдатскую пищу по своей службе в армии, спокойно воспринимал гречневую кашу с котлетой, но большинство избалованных девушек из московских изданий были просто в шоке, увидев, где и что едят простые матросы, пока их командиры пьют водку вместе с московскими чиновниками.
Теперь трое московских журналистов оказались в своеобразной западне, потому что самостоятельно выбраться на верхнюю палубу из того места, куда их завели, было очень проблематично.
– И что? Мы будем сидеть здесь, пока нас не позовут? – спросил Аркадий.
– Да пошли все в жопу! Сейчас выйдем и сами все найдем, – Алексей никак не мог отыскать себе места в тесном помещении.
– Ага, найдешь ты! А потом найдут твой ссохшийся труп в каком-нибудь закоулке через полгода. Кто это!? Кто!? А это фотограф нашего мэра, который пропал полгода назад! – Игорь уже полулежал на кровати. – А мне здесь нравится. Бутылочку бы еще и… Хорошо, никто мозги не полощет.
– Ладно, хватит трындеть! Пойдем, – Алексей открыл дверь и первым вышел в узкий коридор.
Стены, пол, потолок – все кругом было железное. Они закрыли за собой дверь и наугад повернули налево. Вдруг крейсер задрожал всем корпусом, по металлическим перегородкам стали разбегаться тяжелые звуки.
– Похоже, отплываем, – Алексей уверенно шел по коридору.
Метров через двадцать они дошли до площадки, с которой лестницы разбегались вверх и вниз, а коридор шел дальше.
– Ну и куда теперь? – иронично поинтересовался Игорь.
– Куда, куда? – передразнил Алексей. – Не усложняй, Николаич. Нам на верхнюю палубу нужно, правильно?
– Ну да…
– Значит, наверх надо, – фотограф взялся за поручень и боком полез по узкой лестнице. Двое других переглянулись и зашагали вслед за ним.
Через два пролета лестница закончилась в каком-то коридоре, но на улицу не вывела. Алексей огляделся по сторонам, но уверенности не растерял и повернул направо. Игорь шепнул Аркадию:
– Молчим, пусть идет. Посмотрим, куда этот следопыт нас выведет.
Корабль гудел всем телом, появилось ощущение, что весь он пришел в движение. Алексей шел по коридору, пока не уперся в тупик. Развернулся, мельком глянул на ехидные лица своих друзей – нечего рожи здесь строить! – и повернул обратно. Пройдя мимо лестницы, он устремился в другой конец коридора, по дороге пытаясь открыть некоторые двери, которые выходили в это узкое пространство, но все они были задраены. В конце коридора показалась площадка, Алексей ускорил шаг и первым вышел к лестнице, которая вела только вниз…
Повертевшись, он стал спускаться, а его приятели уже давились от смеха. Спустившись на пролет вниз, они свернули в перпендикулярный коридор, который должен был вести к борту, и, пройдя по нему, открыли дверь, но за ней был новый коридор, который вел вдоль борта корабля. Алексей почти понесся по нему, топая ботинками по гулкому железному полу. Хуже всего было, что пока на их пути не встретилось ни одного человека, а самим найти дорогу назад было уже нереально.
Домчавшись до очередной лестницы, Алексей рванул по ней вверх, потом снова по коридору, а трясущиеся от хохота Аркадий с Игорем еле успевали за бесноватым фотографом. Упершись в очередной тупик, Алексей обессилено привалился к холодной железной двери:
– Мать вашу так! Как тут можно вообще жить!?
Они вернулись к ближайшей лестнице, рассудив, что на перекрестке можно скорее кого-нибудь встретить, и стали ждать появления людей. Минут через пять сверху послышался грохот: трое матросов показались в проеме.
– Парни! Эй, парни! – попытался остановить их Алексей, – как нам наверх отсюда выбраться?
– Это показывать надо, а нам вниз. Найдите еще кого-нибудь…
– Нет, нормально? Завели нас черт знает куда и бросили! – возмутился Алексей вслед убегающим матросам.
– Леха, так это ты нас и завел… – уточнил Аркадий.