– Ну что смотрите!? – Сергей еще больше выпучился своими крупными глазами. – Сейчас мы покажем вам, как умеет отдыхать Черноморский флот!
– Спокойно, все у нас хорошо! – заговорил Николаич. – Серега, ты угомонись. Пьешь – отдыхай себе тихо.
– А что ты мне тут указываешь? Ты старший, что ли, у нас?
– Да, я старший. Сереж. Не начинай, пожалуйста!
– Да ладно, все нормально, – вступился моряк, – мы просто выпить всем предложили от души. Не хотите – не надо.
– И вообще… – попытался продолжить фотограф, но моряк обнял его, налил еще водки в пластиковый стаканчик. – Серега, давай выпьем!?
– Правильно! Ты тут один понимаешь, – согласился Кулачев. – Аркашка, хватит пить вино, давай с нами!
– Серега, я сегодня по вину. Мне жарко, – Аркадий отпил белого сухого вина прямо из горлышка и состроил страшную комическую рожу сидевшему рядом с ним Игорю: ну все, Николаич, геморрой тебе теперь обеспечен до самой Москвы! А может, и после…
Игорь помрачнел.
В аэропорту Симферополя, куда приехали под вечер, московских гостей ждал прощальный банкет. Николаич уже не спорил с Сергеем о том, стоит еще пить или нет, он просто старался, чтобы сорвавшийся с тормозов фотограф тихо бухал где-нибудь вдалеке от начальства, и даже прикрывал его своим телом от ненужных любопытных взглядов.
– Пусть уже нажрется совсем, – говорил Игорь Аркадию. – Лучше мы его по трапу затащим и спать уложим, чем он сейчас нам концерт устроит.
– А я что? – отвечал Аркадий. – Ты старший, ты и решай.
– Старший, не старший! – злился Игорь. – Если его Цой вычислит, нам всем плохо будет! И тебе тоже, ты его знаешь. Так что давай, помогай!
Аркадий только улыбался.
Через полчаса план опытного пресс-службиста сработал: фотограф обмяк, сидел в уголке на стуле и что-то невнятно бормотал, иногда взбрыкивая руками. Его временный приятель, моряк, несмотря на выпитое, трезво оценил ситуацию, когда в аэропорт прибыл Лужков вместе с флотскими начальниками и ретировался куда-то в задние ряды, отобрав у москвича свою слегка помятую фуражку.
В Симферополе стемнело. Время отправления чартерного борта, который вылетал по команде «главного пассажира», в данном случае Лужкова, уже несколько раз откладывалось. Делегация гуляла на банкете, и столичного градоначальника никак не отпускали.
Аркадий сторожил сидевшего на стуле поникшего фотографа, а Николаич уже несколько раз бегал к своим знакомым из протокольного отдела выяснить, когда же дадут команду на посадку, чтобы можно было быстро и незаметно протащить на борт «уставшего» приятеля. Аркадий, сам уже утомившийся от этого путешествия, от бессвязного бормотания Сергея, клонился в сон, когда вдруг увидел несущегося сквозь толпу Николаича, который на ходу, размахивая руками, подавал какие-то знаки. «Ну что там еще», – подумал Аркадий. И тут весь банкетный зал колыхнулся и стал вставать:
– За мэра Москвы Юрия Михайловича Лужкова троекратное «ура»! – рявкнул чей-то зычный голос, и почти сотня человек закричала в ответ: «Ура! Ура! Ура-а-а!»
– Хватай, хватай его! – закричал Игорь сквозь победные возгласы, – понесли!
Толпа вокруг столов зашевелилась и стала медленно сдвигаться в сторону выхода на летное поле.
Игорь с Аркадием схватили фотографа под руки и почти бегом, чтобы опередить основную делегацию, поволокли его к выходу. Властелин кадра и фотовспышки гнулся, вис на руках, подгребал ногами, делал непонимающее лицо, но все-таки продвигался вперед. Журналисты, заметившие такую эвакуацию их товарища, тряслись от смеха, но никого не выдали.
По трапу Сергея, который по дороге превратился почти в гуттаперчевого человека, Аркадий с Игорем толкали в спину и, протащив по салону (хорошо, что стюардессы были ко всему привычны), усадили в кресло в самом хвосте самолета.
– А кто-о со мно-ой выпьет? – неожиданно спросил фотограф.
– Я, я сейчас с тобой выпью! – злобно откликнулся Николаич. – У тебя водка осталась?
– А я-а не зна-аю…
– Есть у него еще полбутылки, – сказал Аркадий, который нес сумку фотографа. – Я видел, как он в «бычке» в сумку убирал.
– Доставай!
Пока Аркадий извлекал водку, Николаич нашел за спинкой одного из сидений использованный пластиковый стаканчик, влил в него алкоголь и протянул фотографу:
– Давай, Серега, за Крым!
– Кры-ым будет наш! – согласился тот.
– Точно. Давай, пей!
– А ты?
– Да я выпил уже, ты долго тянешь.
– Да? Хорошо…
«Неужели еще выпьет», – подумал Аркадий. Сергей выпил и, тяжело обмякнув в кресле, почти сразу уснул.
– Ну вот, – облегченно выдохнул Николаич, – что и требовалось.
– Игорь, а как ты его во Внукове выгружать будешь? Лететь-то всего полтора часа… – поинтересовался Аркадий.
– Не ты, а мы.
– Зерев! – раздался в салоне голос Цоя, – наши все на борту?
– Да, Сергей Петрович, все в порядке! Все на месте! – метнулся Николаич в сторону первого салона.
– А Кулачев?
– Да, он здесь. Устал немного, заснул уже…
– A-а… Ну ладно. Через пять минут вылетаем, – Сергей Петрович вернулся в VIP-салон.
Когда самолет стал снижаться, Игорь толкнул в плечо задремавшего Аркадия: