В тени невинности полностью

– Что такое? – спросил Алекс, остановив велосипед.

Я не знал, как ему ответить. Минуту сидел, скрючившись от неприятных чувств, и не мог даже вдохнуть. Запах гари исчез так же резко, как и появился. Словно по щелчку пальцев дышать снова стало легко.

Алекс равнодушно следил за каждым моим движением. Когда я выпрямился, он без предупреждения тронулся, заставив меня пошатнуться. Еще бы чуть-чуть и я распластался по земле.

– Куда ты разогнался? – возмущенно спросил я, вцепившись в гладкое сиденье велосипеда.

– Мы можем опоздать!

Сегодня все вели себя странно, поэтому я не удивился такому ответу. Буквально за пару минут мы доехали до светящихся яркими огоньками ворот парка развлечений. Он был огромен… Но меня поразили даже не металлические гиганты, именуемые аттракционами, а количество людей, собравшихся тут. Не помню, когда видел столько живых людей в одном месте. В такой толпе запросто потеряться.

– Скорее, Фир!

Алекс спрыгнул с велосипеда и слился с толпой. Блондинистая макушка мелькала то тут, то там, но я никак не мог догнать парня. Вот так я остался один.

Смеялись люди, грохотали железные механизмы, лилась вода в сверкающем фонтане, а я потерянно бродил по парку, пока ноги сами не вывели меня к колесу обозрения. Алекс уже сидел в кабинке и ждал меня. Очереди на аттракционе не было, так что я без угрызений совести забрался в кабинку к Алексу. Колесо начало свой ход.

– Чокнутый, – сердито бросил я. – Мог бы подождать меня.

– Тебе так страшно оставаться одному?

Я закатил глаза и отвернулся. Мы медленно поднимались над городом. То, что было большим и значимым становилось совсем крохотным. Алекс с детским восторгом любовался открывшимся видом, перевесившись через край кабинки. Я держал подол джинсовой куртки, чтобы мой легкомысленный друг нечаянно не свалился.

– У той девочки в синем улетел воздушный шарик. Как думаешь, я дотянусь до него отсюда?

– Не говори ерунды. Ты упадешь.

– А ты дотянешься?

– Сядь, Алекс.

К моему удивлению, Алекс действительно сел. Когда мы достигли вершины круга, он заерзал на месте и ударил ботинком о сиденье, на котором я сидел, привлекая мое внимание.

– Если бы ты застрял здесь, то о чем думал бы?

– Что это всё случилось из-за тебя.

– Правда? – он игрался со мной, и я был не прочь подыграть. – А вдруг ты сам окажешься виноватым? Ведь это ты доверился Роберту.

– При чем здесь Роб…

Он перелез на мое сиденье и толкнул за плечи, заставляя закинуть голову назад и посмотреть в лазурное небо.

– Ты знал, чем обернется твой поступок. Теперь у тебя один путь, чтобы выбраться отсюда, – он схватил меня за шею, не давая выпрямиться. – Вниз.

Я видел, как шумный парк теряет свои огни. Город вдруг потух, превращаясь в самый обычный постапокалиптический Лейтхилл, который я знал. Улицы стали зеленее, воздух – холоднее, а здания – мрачнее.

– Только после тебя, Александр.

Видение растворилось, и я проснулся. Перед глазами всё плыло. Я сумел приподнять голову и сквозь пелену рассмотреть силуэт Алекса. С каждой секундой картинка становилась всё отчетливее – я разглядел тревогу на его лице и покрытые красными пятнами ладони.

– Алекс…

– Не вставай, Фир.

– Что с твоими руками?..

– Ерунда, быстро заживет.

Я ничего не понимал. Сплю ли я или бодрствую?

– Где мы?

– В музее. Ты привел меня сюда в день нашего знакомства, помнишь?

Я приподнялся на локтях и растерянно огляделся. На расшатанном стуле в углу подвала сидел Роберт. Он закрыл лицо ладонями и молчал. Я не понимал ровным счетом ничего.

– Что случилось, Алекс? Почему мы здесь, а не… дома?

– Не переживай. Всё не так плохо, как ты думаешь.

– Всё еще хуже, – мрачно прошептал Роберт.

– Закрой рот!

– Алекс… – я ошарашенно посмотрел на парня. – Что ты себе позволяешь?..

Он никак не отреагировал на мое замечание. Его спокойствие меня пугало. Взяв со стола крохотное треснутое зеркало, он поднес его к моему лицу и предупредил:

– Только не паникуй.

И вроде бы это был обычный я, несколько уставший и сонный, но… На щеке и над бровью виднелись красные следы. Кое-где эти следы были кровавыми.

– Что?..

– Ничего страшного, Фир.

Верилось мне в это слабо. Теперь я понимал, почему у меня так болит лицо, почему я чувствовал запах гари…

Я затрясся не то от ужаса, не то от боли. Хотелось заплакать, но даже плакать мне было нельзя. Алекс положил руку на мое плечо и несильно толкнул обратно на диван. Выглядел он при этом таким спокойным, что создавалось впечатление, будто ничего не произошло. Я судорожно сжал его кисть, и только когда он зашипел от боли, вспомнил, что ладони Алекса покрывали точно такие же ожоги. Пожалуй, на его руках они были даже страшнее. Однако легче от чужой боли мне не стало.

– Что произошло? – в который раз повторил я, стиснув зубы.

– Пожар.

– Алекс опрокинул стол со свечами, – подал голос Роберт. – А когда огонь перекинулся на шторы и мебель, выбежал из комнаты. И первым, что он решил спасти, были его собственные вещи. Как мне думается, вывод напрашивается сам.

– Умолкни! – закричал Алекс. – Не смей обвинять меня в произошедшем!

– Разве это не так?