К приходу Квинта я перебрал все возможные исходы разговора с Алексом. Сказал себе мысленное «хватит» и пошел за бандитом. Мы вышли на улицу, миновав патруль, состоящий из трех человек. С каждым днем пребывания в Клирлейке я всё сильнее убеждался, что банда Джонсона намного многочисленнее, чем то могло показаться.
– Тот факт, что нас увидел патруль…
– Расслабься, здесь все свои. Вот приближенных Джонсона я опасаюсь. Могут и накрысятничать.
Мы вышли к задней стене общежития. Снаружи здание казалось даже больше, чем внутри.
– Видишь пятое окно от угла здания? Вот там сидит мальчишка. Ты постучись – он откроет, если не спит. Тогда и поговорите. Смелее!
Я, конечно, был благодарен Квинту, но его странные попытки взбодрить меня казались совершенно неуместными. Дождавшись, когда он уйдет, я подошел к окну и постучался.
Алекс лежал на кровати. Он не спешил, видимо думая, что стучали бандиты. Только увидев меня, он поднялся и подошел к окну. Первое, что бросилось мне в глаза – железные прутья, закрывающие рот. Подобие намордника, только для человека.
Открыв створку окна, Алекс сделал ровно два шага назад.
– Привет, – его явно обрадовало мое появление. – Я думал, уже не увижу тебя.
Его щеки покрывали ссадины, а чуть ниже на подбородке проступал синяк. Я мог поклясться, что раньше этого не было.
– Он бил тебя?
Алекс улыбнулся.
– Немного. Быстро пройдет. Джонсон очень злился из-за того, что я сделал с Кирой, так что отделался малой кровью.
– А эта штука…
– Чтобы не мог укусить. Это ничего, правда. Как твои ожоги?
– Джонсон вроде как пытался помочь… я не знаю. Он дал мне какие-то антибиотики, но я не хочу их принимать. Не верю ни одному его слову
– Всё в порядке, ему незачем травить тебя.
– Но и тратить медикаменты это глупо.
– Он знает обо мне многое. Знает, что если ты будешь рядом, то мне не хватит сил покончить… – его голос дрогнул. – Со всем этим.
Смысл его слов не сразу дошел до меня. Я испуганно вцепился в ржавую решетку и, возможно, слишком громко сказал:
– Не смей! Как бы сложно ни было… не смей. Ты нужен мне, Алекс.
Может, я не был готов его простить, но и потерять единственного друга было выше моих сил.
– Приятно видеть тебя таким взволнованным. Не переживай, я тебя не оставлю. Если выбираться отсюда, то вместе.
Он положил ладони на мои руки. Было в его глазах что-то вызывающее тревогу, но я никак не мог понять, в чем дело.
– Если сможешь прийти ко мне еще раз, – прошептал он, – то принеси что-нибудь острое.
– У меня с собой только конфеты.
– Я про оружие, Фир.
– Я знаю.
Из кармана я достал помятую шоколадку, которой со мной поделилась Файга, и протянул между прутьями решетки.
– Даже без плесени?
– Проверь.
Алекс хохотнул, принимая шоколадку.
– Спасибо. Я такой голодный, что даже плесень съем.
– Принести тебе еды?
Он пожал плечами.
– Ему надо, чтобы я потерял контроль. Он хочет посмотреть на меня в таком состоянии… Когда это произойдет, меня перестанут морить голодом. Поэтому чем быстрее я исполню его желание, тем будет лучше для меня.
– Разве ты не способен контролировать свои… превращения?
– Способен, – Алекс закинул конфету в рот и, жуя, невнятно продолжил: – Но для этого нужны другие условия.
– Какие?
– Резкая боль. Если ударюсь головой об стенку, то могу вызвать приступ. Черт его знает, как это всё работает, но за долгие годы мне пришлось много раз убедиться в правильности своей догадки.
– Тогда… почему ты не изменился, когда проткнул ногу? Не было ведь приступов.
– Я могу это контролировать, Фир. Если мне надо, то никто ничего не заметит. А если не надо, то я позволяю вирусу взять верх. Но приступы, вызванные голодом, контролировать не могу.
– И долго ты так живешь?
– С самого начала пандемии. Надеюсь, я смог удовлетворить твое любопытство. Хотел спросить, – мне показалось, что Алекс смутился, – так… что ты думаешь обо мне? Если пришел сюда, то точно не ненавидишь.
Хотелось ли мне думать об этом всерьез? Нет. Я был слишком эмоционально вымотан, и Алекс, пожалуй, выбрал самое неподходящее время для раскрытия тайны, которую так тщательно хранил.
Я задумался. Что сказал бы тот Фирмино, который еще месяц назад спокойно жил в своем доме и пытался подавить одиночество общением с курицами? Наверное, он бы рассердился. Снова остался один. Незавидная судьба у тебя, Фирмино из прошлого.
– Сколько тебе лет на самом деле?
Алекс разочарованно усмехнулся.
– Не считал. Но я точно старше тебя.
В коридоре зазвучали голоса. Несколько бандитов, и среди них был Джонсон.
– Уходи, Фир, – он потянулся к створке окна. – Тебя не должны увидеть.
– Я еще вернусь.
– Знаю, но сейчас тебе надо уйти.
Алекс закрыл окно и вернулся к кровати, а я опустился на корточки. Дверь со скрипом открылась – в комнату зашли люди. Интересно, смогу ли я услышать, о чем они разговаривают?
Я прислушался, но старания оказались напрасны. Всё, что удалось услышать, – неразборчивые отрывки разговора. Никто не кричал, не ругался и не пытался ударить Алекса. Этого было достаточно, чтобы немного успокоить мою душу.
