Бутылка кончилась, на улице еще темнела ночь, но уже совсем скоро на горизонте обозначится легкая линия света, утопающая в дымке, она прольет свет на одинокое окно четвертого этажа и возвестит капитана и девушку о том, что наступил рассвет.
– Ложись спать, Трейси, – сказал капитан.
– А вы? – спросила девушка.
– А я еще немного посижу, – медленно и задумчиво ответил Балм.
Трейси лишь слегка кивнула и снова спряталась под одеяло. Сейчас она не могла его не слушаться. Она хотела подчиниться. Почувствовать себя маленькой и беспомощной. Здесь, в обществе капитана, она могла такой быть. Ничего не скрывать. Показывать свои страхи. И быть спокойной: капитан обязательно ее защитит. Здесь, в его комнате, она чувствовала себя в безопасности.
А капитан все продолжал молча глядеть в окно. Бутылка давно опустела, а мысли уже не трогали голову, тревожа знакомыми и печальными образами. Он был не здесь, не в этой комнате. Сердце и разум его были далеко, за десятками стен, за сотнями километров. А он все сидел на кровати. Без цели, без эмоций, без единой мысли.
Первая ночь в отеле выдалась ужасной. Я сильно хотел спать, но недавние кошмары пришли в голову, как только я очутился в постели. И не зря. Этой ночью они тоже меня преследовали, здесь уже не было Агнис, мрачного и холодного города, заброшенной оранжереи. Нет. В этот раз я находился здесь, в комнате, и, если честно, предпочел бы любой другой сон этому.
Я видел смутные образы, а затем провалился в сон на пару часов. Когда я открыл глаза, то увидел нечто, что, вероятно, не даст мне уснуть в ближайшие пару ночей. На мне сидело какое-то существо, смутно напоминавшее женщину. Белое платье на ней было таким же, как и во многих других моих снах. Она склонила свою голову над моим лицом.
В номере было темно, и лишь слабый холодный свет позволял различить ее черты. Лицо ее было покрыто какими-то наростами и темными отметинами грязного зеленого цвета. Один глаз был наполовину сгнившим, из него что-то торчало. Как я разглядел позже, это был какой-то червяк, он ползал прямо внутри глаза, иногда выползая на поверхность. Второй глаз казался нормальным, но слишком темным, в нем не было радужки. Части носа не было на ее лице, он тоже был наполовину сгнившим, слои кожи отваливались от него, а из-под нее виднелась плоть. Не красная, она была серая, темная, и казалась какой-то слишком мягкой.
Женщина сидела у меня на груди, придавив меня к кровати. Дышать было тяжело, но воздуха пока хватало. Шевелиться я не мог, как и в том, другом сне, все что мне оставалось – смотреть. Она склонялась все ниже ко мне. Я чувствовал холодные прикосновения ее рук. Точнее того, что от них осталось. На ее ладони совсем не было плоти, в сумраке я различил белые кости, они сжимали мою кисть. Но рука ее сдвигалась все дальше, ближе к моей шее. Голова склонилась совсем близко, так, что я чувствовал ее дыхание.
Из ее рта показалось что-то, похожее на язык, но узкий и длинный, как у ящериц. Затем появились еще два таких отростка, они переплетались и раскачивались, ища мое лицо. Быть может, это были черви, огромные, склизкие, я не хотел и не мог внимательно их разглядеть – я перевел глаза влево. Там была лишь комната, утопающая во мраке. Сбоку от меня стояло зеркало. Наклона головы хватило, чтобы я сам смог наблюдать это существо.
В отражении я видел, как ее тройной язык приближается к моему лицу. А потом она дотронулась до меня. Я ощутил холодное влажное прикосновение. Будь я в состоянии что-нибудь делать, меня бы стошнило от этой картины. Но сделать я ничего не мог. Оставалось лишь наблюдать.
Вдруг она повернулась в сторону зеркала.
– Не смотри туда, слышишь, не смей отводить от меня взгляд, – закричала она.
Голос ее был громкий, он сопровождался протяжным свистом. Будто воздух, который она выдыхала, проходил через какие-то крохотные дырочки в ее теле. Я подчинился и снова взглянул на нее. Теперь это была молодая и красивая девушка. Голос ее вдруг стал мягким и нежным, он казался сотканной из мягких и пушистых цветов тканью. Он благоухал, был полон жизни и наслаждения. И я ему поверил. Вся тревога прошла всего за мгновенье.
Девушка целовала меня и улыбалась, касания ее были мне крайне приятны. Потом она начала раздеваться. Мне это нравилось, хоть я и не мог пошевелиться. Девушка была чрезвычайно красива. Но это не была Агнис, она вообще не была похожа ни на одну девушку, которую я когда-либо видел. Лицо ее сияло жизненной силой, глаза источали энергию, а голос бодрил и задевал самые скрытые и защищенные струны души. Она играла на них, искусно соблазняя меня. Голос ее переливался, и все мое тело покрывали мурашки. Я совсем забыл о страхе, который испытывал всего минуту назад.
– Только не смотри в зеркало. Если ты мне поверишь, то получишь наслаждение, но, если ослушаешься… Тогда тебя ждут страдания. Ты ведь не хочешь этого, правда? – сказала она.