— Неважно, — ответил я. — Демон. Его больше нет. Вопрос — почему.
— Я не знаю.
— Думаю, знаю я, — сказал я. — А еще — думаю, что знаю, почему здесь я.
— О, многие из нас этого так никогда и не узнают.
Я фыркнул.
— Я имел в виду более узкий смысл. Думаю, это сделали вы.
— Что сделала?
— Когда вы умирали — вы потянулись к Чертогам и получили помощь.
— Я этого не помню.
— Да, вы не помните, как умирали. Но думаю, вы попросили о помощи у богов, а вместо них сумели позвать Деверу.
— А кто такая Девера?
— Не божество.
— Ах так. Значит, у меня не получилось.
— Полагаю, в общем и целом получилось. А я как раз сейчас доделываю остальное.
— Я не понимаю.
— Отлично, значит, мы квиты. Расскажете мне еще кое о чем?
— Все, что угодно.
— Как выглядит проводник для вашего Дома?
— Проводник?
— Я не знаю нужного слова. Драконы запоминают книгу, чтобы знать, как ориентироваться на Дорогах Мертвых. У ястребов есть кольцо-печатка, которое действует как проводник. У джарегов — подвеска, которая действует как кольцо, а тиассы делают себе татуировку, которая работает как книга. А чем пользутся валлисты?
— А, наш ключ. Это кусок ткани, обычно окрашенный в желтый цвет, расшитый пурпурной нитью, которая показывает правильные дороги. Обычно из него сшита одежда — платье, тога, саронг.
— Он должен быть с вами, когда вы умираете, как кольцо, или его надо запомнить, как книгу?
— Эту одежду надевают, отправляясь в Водопады. По дороге нити извлекают, лишние куски ткани опадают, и в Чертоги Правосудия умерший валлиста прибывает нагим.
— И так вы устанавливали связь с Чертогами, правильно?
— Да.
— В вашей семье только один… ключ?
— Не знаю.
— Да, — проговорил я. — Однако, полагаю, знаю я.
Она кивнула.
— Что ж. Думаю, теперь я получил все, что нужно. Спасибо за помощь.
— Удачи, — сказала Тетия.
Сейчас я специально наблюдал и успел уловить, как она чуть повернулась на стуле перед тем, как исчезнуть. Я побарабанил пальцами по столу. Хотелось найти Атранта и закончить с ним, вытрясти из него все ответы; но — нет, сперва я должен сделать кое-что еще.
Я поднялся и вышел из комнаты.
Я добрался до пещеры, наверх, в спальню, в коридор и в детскую. Она сидела там в кресле-качалке с закрытыми глазами. Некоторое время я смотрел на нее, пытаясь понять по ее лицу, что ей сейчас снится, потом понял, что это уже перебор, и кашлянул.
Она открыла глаза, увидела меня и поспешно поднялась.
— Господин?
— Здравствуйте, Доррит.
— Здравствуйте, господин.
— Могу я побеспокоить вас еще с одним вопросом?
— Да, господин.
— Почему вы мне соврали?
— Господин… я…
— О кухне и поварах. Это же чушь. Вы знали, что это не так. И уж очень странная тема, чтобы соврать. Так почему?
— Господин, я…
— Перестаньте. Просто ответьте на вопрос.
Она боялась; я это понимал, потому как меня стоило бояться. Вопрос в том, боится ли она кого-то еще? А если да, то кого и как сильно?
— Если вас беспокоит Армарк, — добавил я, — больше он здесь не появится.
Она дернула шеей.
— Вы уверены?
— О да, — ответил я, и это не было ложью: я и правда был уверен. И в итоге я оказался прав, так что никому это не повредило.
— Я… могу я сесть?
— Ну конечно, — ответил я. Где мои манеры? Что бы сказала леди Телдра?
Она сложила руки на коленях и спросила:
— Что с ним случилось?
— Несчастный случай, — объяснил я.
Доррит ожидала, что я сейчас подмигну или улыбнусь, но я этого не сделал, и она просто кивнула.
— Это он хотел, чтобы вы мне соврали про кухню?
— Да.
— Когда он велел вам это сделать?
— Прямо перед тем, как мы с вами беседовали, господин. Может, за час до того.
— То есть конкретно я, по его мнению, не должен был об этом знать.
— Да, господин.
— Почему?
— Он не сказал.
Ну да, ему и незачем. Он точно знал, увидев меня, что мне тут не место. О Девере он знать не мог, но наверняка понял, что Тетия сделала что-то, из-за чего я оказался здесь, а следовательно, мне следует препятствовать в изучении особняка до тех пор, пока от меня можно будет избавиться, потому как Тетия. Все сводилось к ней, к тому, что она знала и могла рассказать, к тому, что с ней случилось и почему. Я смотрел на Доррит и размышлял.
Доррит от моего взгляда чувствовала себя неуютно. Поерзав, она спросила:
— Это все, господин?
— Не совсем. Мне вот еще что любопытно — это не слишком важно, но… вы выходите наружу?
— Иногда.
— И собираете яблоки?
Она кивнула, потом нахмурилась:
— А разве в этом…
— Нет-нет. Просто вы слегка поставили меня в тупик, а теперь все понятно.
— Мне нравятся яблоки.
— Да, мне тоже.
— Вы попробовали?
— Да, парочку. Очень вкусные.
— Теперь я буду ухаживать за деревьями.
— А садовника нет?
— Остался в старом замке, а здесь нет.
— Ну конечно. Есть многое, чего Армарк не желал раскрывать, не так ли?
Она кивнула.
— Скажем, поход леди Атрант в Чертоги Правосудия.
Она опустила взгляд.
— Вы ведь были с ней?
Она кивнула.
— И заботились о Тетии — там, в Чертогах.
Она снова кивнула.
— Доррит, как умерла Тетия?
— Ее мать умерла во время Междуцарствия.
— Доррит!
