Вечера с Петром Великим полностью

Д.А. ГРАНИН: Фигура Петра — знаковая для России. Своего рода мерка — и положительная, и отрицательная. Еще мы соизмеряем нынешних политических лидеров с Александром II как реформатором. Но он не был наделен сильным характером.

В.Д. ОСКОЦКИЙ:А Михаил Сергеевич, на ваш взгляд, тянет на сопоставлениесПетром?

Д.А. ГРАНИН: Сопоставлять можно все и всех. Горбачев немало сделал, но мог сделать больше. Ему не хватало воли и ясного понимания, что нужно России.

В.Д. ОСКОЦКИЙ:Несла волна событий?

Д.А. ГРАНИН: Я не решился бы так сказать. Он противостоял партийному аппарату.

В.Д. ОСКОЦКИЙ:Но ему не дано было предвидеть, что идея социализма с человеческим лицом обернется отказом от социализма, который отторгает человеческое лицо по природным законам тканевой несовместимости.

Д.А. ГРАНИН: Однако партийному аппарату он противостоял. И потому нельзя заключить, будто он просто плыл по течению.

Мы недооцениваем гениальность Петра, который, повторю, знал, что и как надо делать. Мы же не знаем, как нам быть с Чечней, не представляем себе ясных целей ближайшей жизни. Сводим все к экономическим благам. Но что нужно России, кроме них? Какое ее место в мире? Что она может сказать и что может дать? Петр все это каким–то образом угадывал.

В.Д. ОСКОЦКИЙ:И это—тот главный урок истории, который Вы донесли романом, подчеркнув в ответах читателям на презентации, что хотели бы видеть российскую власть сильной и крепкой?

Д.А. ГРАНИН: Урок — не знаю. Скорее, хотелось побудить к размышлению…

Работа над текстом этого диалога только–только начиналась, как пришло приглашение приехать на читательскую конференцию по роману. Она готовилась в Санкт–Петербургском Гуманитарном университете профсоюзов при участии Конгресса интеллигенции Российской Федерации, который от Москвы представляли С. Филатов, Ю. Черниченко, Л. Лазарев, А. Турков.

Читательскую конференцию, массовую и по преимуществу — тем было интереснее — молодежную, вел ректор Университета, доктор культурологических наук, профессор А. Запесоцкий.

Первый час был отдан Даниилу Гранину, отвечавшему на вопросы, какие обрушил на него многолюдный зал. Второй и третий — читательским выступлениям. И вопросы, и выступления показали: роман «Вечера с Петром Великим» не просто прочитан, но активно принят как приметное явление литературной жизни, в общем–то, не богатой значительными событиями. Появление же гранинского романа единодушно воспринималось именно как крупное событие, свидетельствующее о нескудеющем духовном и творческом потенциале истинной прозы.