Верховный Издеватель(СИ) полностью

А. де Сент-Экзюпери

За стеклом подобие рассвета начало смутно и очень робко разбавлять ночь. Так лимон чуть осветляет чай. Или опять это только кажется? Нет, все полуночные призраки "света" позорно сбежали - и теперь свет утратил способность казаться. Августовская ночь действительно доехала до опушки. А Кирилл доехал до опушки своего сна. И почти успокоился. Почти.... Будто он в церкви, только теперь уже настоящей. Вон букетик на столе, прямо перед окном. Как перед иконой неба. Слабость осталась, но теперь от неё было... как-то почти приятно. Как в детстве, когда болеть почти всегда приятно. Потому что в детстве и болеешь по-детски.

Ватные ноги по инстинкту довели до окна. Кирилл выглянул. Ночная улица каким-то неуловимо новым перетекающим оттенком тоже постепенно превращалась в утреннюю. Но вдруг... один вид малюсенькой чаши-фонтанчика во дворе бросил в дрожь. Словно из него плеснули-ошпарили. Сразу вспомнилась круглая... в которой вращались... Кирилл отпрянул от стекла, как ужаленный. В холодном поту оценил:

"А ведь я запросто мог не проснуться - совершенно натурально умереть от разрыва сердца и остаться навсегда с тем... Так бывает! И очень даже нередко.

Выходит, Бог, как я Его ни ругал, уже дважды меня спас - при аварии и сейчас..."

И чтобы не вернуться в Сон, он почти машинально взял со стола и раскрыл Библию.

Она открылась на словах: "Когда подумаю: утешит меня постель моя, унесёт горесть мою ложе моё, ты страшишь меня снами и видениями пугаешь меня..." Да, вот и у Иова к Нему - судебный иск. Составленный в нескольких десятках глав. Ох, и нелегко же с Ним! Хотя без Него получается - ещё хуже...

"Зачем Ты поставил меня противником Себе, так что я стал самому себе в тягость?.." (Иов 7, 20)

"Если бороться силою, то Он могущественен, если судом, то кто сведёт меня с Ним? Если я буду оправдываться, то мои же уста обвинят меня; если я невинен, то Он признает меня виновным..." (Иов 9, 20)

"Ибо Он не человек, как я, чтоб я мог отвечать Ему и идти вместе с Ним на суд!" (Иов 9, 32)

Надо будет утром сходить к Марине, хоть с ней посоветоваться.

* * *

- Я ехал к Богу, а получил - по лбу. Причём, в прямом смысле слова, - Кирилл потрогал огромную шишку. - Люди ехали в паломничество, а им оттяпали ноги... чтоб больше никуда не ездили? Ну, и чему же полезному должен научить этот урок? Что нами управляет абсолютно всемогущий, безграничный в своих возможностях Псих, а мы - Его подопытные кролики?

- А ты сходи и посмотри... - чуть ли даже не весело отреагировала Марина.

- На кого?

- На подопытных кроликов.

- ???

- На Ромку, Данила... на других детей!.. Хоть ты и не "абсолютно всемогущий", но всё равно... как будешь лучше себя чувствовать, даст Бог, сходи да навести, чем просто так... с воздухом-то спорить! Ты же говорил, врач уже разрешает тебе гулять во дворе? Если сможешь на днях пройти лишних сто метров до детской больницы (папа, если что, тебя проводит), то... Я думаю, кролики будут тебе очень рады!

Легко следовать советам, когда они стопроцентно совпадают с твоими желаниями! Кажется, для Кирилла сейчас и вправду не было ничего актуальнее, чем сходить к Ромке. И хотя врач пока ничего такого не "разрешал" (тут Кирилл соврал), ну, да и без разрешения обойдёмся! А "даст Бог", про которое сказала Марина, устроим себе прямо сегодня... После ненастоящего "Бога" в самый раз зайти к настоящему братишке. Всё-таки - живой человек.

"Если гора не идёт к Магомету, Магомет идёт к горе".

* * *

Кирилл пересёк большой больничный двор.

Ещё не вошедшие в багряную силу и сок, какие-то игрушечно-оранжевые кисточки рябин (наборы пластмассовых пулек-драже) обрамляли маленький деревянный храм. Тот и сам был похож на игрушку в коробке из высоких панельных корпусов. Август, рябины, больница... капелька-куполок под перекрестьем сотен окон, из которых выглядывают больные. Зачем-то всё это надо...

Первый глоток настоящего воздуха после недели больничной духоты. Кажется, внутри даже сам воздух нездоровый. А здесь, снаружи - то, чем дышат обычные люди. Здесь - мир, не любящий думать о страданиях. Не умеющий и, главное, не желающий заглядывать сквозь стены - по ту сторону, где они есть.

Впрочем, путь Кирилла был сейчас транзитом сквозь этот мир - от больницы до больницы. Детская клиника, как ему и объяснили, оказалась наискосок, через переулок - метрах в двухстах от взрослой.

В коридорах больших больниц запросто можно заблудиться без провожатого. Это какой-то лабиринт Минотавра. Чувствовался нездоровый душный жар, как в предбаннике ада: просто чтоб лежачие не простудились от сквозняков, отопление работало даже летом. Во взрослой всё же было как-то посвежей.