Весной 1241 г. монголы перешли Карпаты и разбили войско венгерского короля. Та же участь постигло и объединенное польско‑германское войско под Лигницей. Однако силы завоевателей были уже не те, их подорвало упорное сопротивление русских княжеств. Чешский воевода Ярослав нанес поражение кочевникам под Ольмюцем и отбросил их в Венгрию. Отсюда монголы попытались вторгнуться в Австрию, но путь преградило сильное ополчение герцогов австрийского и каринтийского. Не решившись испытывать судьбу, монголы развернулись и окончательно ушли на восток.
Все же ситуация на Руси была менее ужасающей, чем могла быть при покорении одного народа другим; ведь в истории достаточно примеров, когда могучие высокоразвитые этносы исчезали полностью. Монголы не остались на Руси, не заселили ее города и просторы. Причина кроется в образе жизни завоевателей, который они не готовы были переменить, по крайней мере, на момент завоевания. Кочевники рождались с конем, на нем и умирали, богатство монгола измерялось количеством принадлежащих ему животных, а им, естественно, нужна кормовая база. Великая степь была идеальной средой обитания для пришельцев с востока. В степи кочевья рано очищаются от снега и покрываются обильной растительностью, а зимой снежный покров достаточно тонкий, чтобы животные добывали из‑под него сухую траву. Совсем иное дело на русских землях, где вместо открытых бескрайних просторов девственные леса и болота, а искать корм под полуметровой толщей снега ― бессмысленное занятие. По этой прозаической причине богатейший Новгород стал недосягаемым для победоносного войска кочевников. Завоеватели ограничились сбором дани с территории, явно не подходившей для их жизнедеятельности. На Руси продолжала существовать все та же политическая система, только князьям приходилось ездить в Орду за ярлыком.
После беспощадной резни священнослужителей во времена Бату, монголы вдруг стали покровительствовать православной церкви. Ее освободили от налогов, а православные храмы открывались даже в столице Золотой Орды. Благодаря византийской дипломатической игре, православную церковь монголы стали воспринимать как свою союзницу.
Во времена хозяйничанья крестоносцев византийская церковь продолжала оставаться мощнейшим сплачивающим элементом, который и привел к возрождению государства. После распада Византии образовалось несколько карликовых империй, но церковь продолжала хранить единство. В 1208 г. патриарх был избран в Никее, и это стало решающим фактором возвышения Никейской империи. Несмотря на трудное положение, ее правители оставались верными византийской традиции: они придавали первостепенное значение дипломатии, и благодаря их неутомимой активности государство не только выжило, но отвоевало у крестоносцев Константинополь.
Не прерывались связи Никейской империи с Русью. Русские, правда, воспользовались международной обстановкой, и назначили своего митрополита, тогда как раньше принимали его из Константинополя. И все же, митрополит Кирилл в 1248–1249 гг. отправился в Никею за благословением патриарха.
Император Никейской империи, а затем Византии ― Михаил Палеолог ― не преминул использовать в своих интересах усиление монголов. Особенно тесные контакты у него были с ханом Хулагу ― правителем Персии и Ирака. За сына Хулагу была выдана побочная дочь Михаила ― Мария. Новый союзник создал угрозу туркам, и это на некоторое время избавило ослабевшую Византию от их вторжений.
С Золотой Ордой Михаил постарался установить не менее тесные контакты. За татарского хана Ногая была выдана вторая побочная дочь императора ― Евфросинья. Впоследствии зять предоставлял в распоряжение Михаила татарские отряды. Естественно, император заботился о русской православной церкви, которую считал неотъемлемой частью империи, и благодаря византийской дипломатии русская церковь попала в привилегированное положение.
Византийская политика, направленная на создание вселенской империи, сделала многое для возрождения Руси. Ситуация у обеих стран складывалась по общему сценарию. Русь, раздробленная на княжества и находящаяся под татарским ярмом, сохранила объединяющее православное начало. Именно православная церковь, которая обеспечивала жизнедеятельность Византии на протяжении многих столетий, внесет огромный вклад в дело объединения Руси и избавления народа от унизительной и обременительной зависимости от Орды.
Двести сорок лет находилась Русь под монгольским игом. Срок достаточный, чтобы утверждать: под влиянием завоевателей в России установилась монархия восточного типа. Так ли это? Решающим ли было влияние завоевателей на развитие российской государственности?
Государственное устройство монголов определяла Яса Чингисхана. К сожалению, полный текст выдающегося юридического памятника не сохранился, но вполне четкое представление о нем можно получить из произведений древних авторов.