Посольство папы к Роману галицкому не только не склонило его к Римской церкви, напротив, еще более вооружило против нее, особенно при том всеобщем раздражении против латинян, которое чувствовали тогда все православные греки и русские за злодейское опустошение Константинополя».
Попытки Рима перетянуть на свою сторону Галицко‑волынское княжество предпринимались регулярно. В 1245 г. папа направил к монголам своего посла ― Плано Карпини. В Польше монах встретил волынского князя Василько. Как мы видим, у русского князя были неплохие отношения с соседями; и с Римом (особенно после монгольского разорения) Василько не прочь был установить связи. На это указывает теплый прием папских послов.
«Отсюда он повез нас в свою землю, ― рассказывает Плано Карпини. ― И так как он задержал нас на несколько дней на своем иждивении, чтобы мы несколько отдохнули, и, по нашей просьбе, приказал явиться к нам своим епископам, то мы прочли им грамоту Господина Папы, в которой тот увещевал их, что они должны вернуться к единству святой матери церкви; мы также увещевали их и даже склоняли к тому же самому, насколько могли, как князя, так епископов и всех других, которые собрались. Но, так как в то время, когда вышеупомянутый князь поехал в Польшу, его брат, князь Даниил, поехал к Бату, и его не было налицо, то они не могли дать решительный ответ, и нам для окончательного ответа надлежало ждать возвращения Даниила».
Как мы видим, русские князья не спешили принимать предложение папы, но тот не терял надежды получить под свое крыло Русь. Обмены посольствами продолжались, и папа пытался соблазнить Даниила галицкого традиционным способом: русскому князю предложили королевскую корону. Однако Даниил отверг высокую честь, ссылаясь на то, что папа не в состоянии оказать ему существенную помощь против татар, а последним вряд ли бы понравилось появление нового короля. В то же время митрополит Кирилл отправляется в опасное путешествие в Никейскую империю за благословением патриарха. Русь осталась последним и самым преданным членом «византийского союза», она не отвернулась от своей духовной матери в тяжелейшие времена. Даже, когда Михаил Палеолог заключил с Римом унию и сам принял католичество, Русь продолжала принимать у себя присылаемых Константинополем митрополитов.
В 1253 г. Даниил все же принял королевскую корону из рук папских послов, но этот шаг не имел никаких последствий. Риму не удалось подчинить своему влиянию православную церковь, не удалось создать и союз двух христианских церквей. В 1257 г. папа Александр IV (1254–1261 гг.) призвал к крестовому походу, как против литовских язычников, так и против русских «схизматиков».
Рим сделал ставку на силу и проиграл. В результате агрессивных действий папства между православием и католичеством возникла пропасть; мосты не наведены и по сей день.
Европа и Рим напрасно списали Русь с политических счетов после монгольского нашествия. У раздробленной опустошенной страны был прекрасный учитель, освоивший в совершенстве науку выживания в экстремальной ситуации, ― речь идет о Византии. Точно так же ее младшая сестра ― Русь ― неоднократно будет стоять на краю гибели, производя впечатление легкой добычи.
Первыми от обмана зрения пострадали шведы. Летом 1240 г. в устье Невы вошли их корабли; северные соседи высадились на берег и собирались направиться к Ладоге. Однако далеко от кораблей отойти не успели, так как у прибрежных жителей хорошо работала система оповещения. Старшина Ижорской земли немедленно сообщил о «гостях» в Новгород, а оттуда столь же скоро, как на пожар, примчался князь Александр. Он не стал тратить время на созыв ополчения, а привел с собой лишь небольшую дружину. Новгородцы нанесли шведам такое поражение, что у последних надолго отпала охота искать военного счастья на Руси… Но не навсегда ― история имеет свойство стираться в человеческой памяти.
Почти одновременно со шведами в наступление на Северную Русь пошли крестоносцы. Тевтонские рыцари в 1240 г. захватили Изборск, а затем и Псков. Немцев пришло поболее чем шведов, и устраивались они на чужой земле основательно. В Копорье крестоносцы построили крепость и, шаг за шагом, приближались к Новгороду.
Терпение новгородцев иссякло, когда немцы в тридцати верстах от города стали бить их купцов. Срочно послали за Александром Невским, ― такое прозвище князь получил за победу над шведами. И на снова молодой князь оправдал надежды новгородцев: в 1241 г. у немцев отняли Копорье, зимой 1242 г. они лишились Пскова, и, наконец, 5 апреля 1242 г. крестоносцев разбили на льду Чудского озера.